Мари переглянулась с Жанеттой, та кивнула:
– Я приготовлю вам другую комнату, госпожа, – обратилась к Анри. – Благодарю вас, сир Анри, за заботу о моей госпоже. Да благословит вас Белая Владычица!
– Уже, – хмыкнул Анри. Поклонился девушкам и пошёл к двери. Взявшись за ручку, обернулся. – Вы можете не беспокоиться относительно моей памяти. Пробелы остались, за исключением одного забавного случая при участии вашей кухарки. Не знаю, как вы это провернули, но восхищён вашей изобретательностью. До встречи, сирра Мариэль, прошу вас, не гуляйте больше по ночам без сопровождения.
Анри подмигнул краснеющей Мари и вышел, не давая шанса обманщицам оправдаться.
Следом визит нанесла Люсиль, ненадолго, потому что торопилась. Её служанка Адора прибиралась в кабинете сира Аурелия, продолжая заметать следы драки. Ещё нужно было привести в порядок жюстокор Армана. Других слуг не подключали, желая избежать сплетен. Люсиль просила подождать Жанетту, чтобы потом с Адорой сходить за сменным платьем для Мари. А тем временем златовласка изо всех сил будет отвлекать отца.
– Так в чём же дело? Давайте я помогу убраться? Вдвоём мы справимся быстрее, – предложила Жанетта, и Мари дала согласие.
Люсиль поблагодарила и, заговорщически делая глаза большими, сказала:
– Арман хочет с тобой поговорить, Мари. Поблагодарить тебя за помощь… Я попрошу тебя побыть с ним, пока его одежду приводят в порядок. Он всё ещё плохо себя чувствует, ему нельзя в таком виде появляться на балу. Хорошо?
Знала бы она, как ёкнуло сердце у Мари. Положить перед котом колбасу и попросить покараулить – хорошенькая задачка. Это в присутствии посторонних всё было в порядке, а наедине… Сердце зашлось от дурного предчувствия.
– Надеюсь, он придёт сюда не раздетый? Прости, ты как-то двусмысленно сказала о его одежде.
Люсиль посмеялась шутке и успокоила подругу: на устранение следов драки забрали только жюстокор и штаны, взамен последних выдали на время собственность сира Аурелия. Здесь, на служебной половине замка, герцог практически не появлялся, поэтому можно было не переживать за встречу юноши и хозяина штанов.
Златовласка и субретка ушли, но перед этим Мари попросила передать, чтобы Арман зашёл через полчаса, не раньше. Едва за ними закрылась дверь, Мари судорожно начала снимать верхнее платье, благо Жанетта научила расшнуровывать платье с помощью хитрого трюка бытовой магии. Нужно было успеть переодеться и улизнуть из комнаты до появления Армана.
– О чём ты думала, боже мой! – ругала себя Мариэль, запутываясь в юбке и торопливо разворачивая узел с мужским костюмом. – Язык мой – враг мой! Не могла сказать, что не при чём… Полезла обниматься!.. Проклятье!..
Кое-как сложила платье и натянула мужские подштанники. В дверь постучали.
– Мари, разреши войти, – попросил голос Армана.
Глава 29. Никогда не говори никогда
В любви бесит то, что в этом преступлении не обойтись без помощника.
Шарль Бодлер
Она замерла, как преступник, застигнутый врасплох. А как же полчаса? «Ну, Люсиль!» – Мари бессильно сжала кулаки. Откликнулась, прося дать ей минутку, убрала мужской костюм и заметалась в поисках чего-нибудь подходящего накинуть на плечи. Платяной шкаф был пуст: в этой комнате никто не жил. Стянув покрывало с кровати, закуталась и открыла дверь.
– Я не успела переодеться, – объяснила свой вид. – Здесь поговорим?
– Нет, это долго. Без свидетелей, – Арман устало улыбнулся, – прости, ты тоже выглядишь, как после хорошей драки, я понимаю: не до разговоров.
Дверь пропустила юношу внутрь. Он осмотрелся, присел, морщась от болезненного движения, на мягкую кровать, игнорируя жёсткий стул, и опёрся на руку.
– Если ты поблагодарить, то всё в порядке. Я тебе вернула должок, – Мари присела рядом. Болезненный вид юноши её беспокоил, и всё же от одного взгляда на него теплело в груди. Усталый, он казался ещё более милым и желанным. – Спина болит?
Арман качнул головой:
– Ерунда, домой вернёмся, матушка вылечит. Хотел я сказать… Знаю, ты сейчас разозлишься…
Мари его перебила:
– Подожди. Не могу на тебя такого смотреть, покажи, что со спиной? – щекочущий в груди свет рвался наружу, перехватив бразды управления над разумом и телом. Руки сами потянулись к сюртуку сира Аурелия.
– Антуан рассказал, как ты делилась со мной резервом, ты истощена. Что ты хочешь сделать? Отдать последнее, чтобы сюда пригласили из зала господин Майна? – Арман придержал руку девушки.