Если бы можно было положить руки на плечи и провести по спине, чтобы почувствовать эту бугорки, потрогать рисунок, запомнить его… Взгляд Мариэль медленно скользнул от шеи Анри к талии… Шлёп-шлёп-шлёп! По плёнке стекали шоколадного цвета полосы.
– Да-а-а! Да-а! – завопил, пританцовывая, Антуан и ударил по подставленному кулаку Армана: ловкий Ленуар всё-таки замешкался и схлопотал сразу три «бомбочки». Вдогонку полетели и другие, как только он решил зачем-то обернуться на улюлюкающих зрительниц. Если говорить языком спорта, счёт сравнялся. Теперь обе соперничающие пары выглядели как поросята после грязевой ванны.
Над головами раздался хлопок. Наступило кратковременное перемирие для смены места. Ленуар наконец воспользовался возможностью поблагодарить болеющих за него, повернулся к дамам и учтиво поклонился, его пристальный взгляд посвящался серьёзной Мариэль, на лице которой не было и тени веселья. Ленуар подмигнул ей и пошёл навстречу противникам.
А вот теперь начиналась настоящая катастрофа… Пока Арман был где-то там, за роем мелькающих коричневых шаров, на сердце Мариэль было намного спокойнее, хотя она и отсюда прекрасно видела его обнажённый торс. Он подошёл, испачканный и, подобно Ленуару, насмешливо поклонился, приложив испачканную руку к груди. Мариэль судорожно вздохнула: воздух остановился в лёгких. Дело было не в том, что Арман предстал вот таким…невозможно красивым, просто слишком мало времени прошло, всего один день, с тех пор, как она обнаружила в себе болезненные чувства. Ещё не научилась совладать с ними и не нашла способа, как, если не избавиться, то, хотя бы, приглушить. А поцелуй отражения в зеркале помнился настолько реальным, что казалось, будто Арман подозревает Мариэль в этом преступлении. Почему он отводит взгляд, словно Мариэль здесь и нет вовсе?
Второй раунд начался. Эмоциональный фон задавал Антуан, воплями комментируя как удачи, так и провалы – свои да заодно чужие. Вот кто наслаждался комбат-де-бу – он и Дилан! Между Анри и Арманом, так казалось Мариэль, продолжалась дуэль, начатая на мечах, эти двое соревновались в ловкости и неожиданных приёмах бросков…
Интересно, грязь когда-нибудь закончится? Или на неё наложили заклинание умножения, как это делала Жанетта с ведром воды для купания?
Тыл младшего де Венетта, даже несмотря на слой покрывавшей его грязи, выглядел рыхловато. Сказывалась наследственность: не исключено, что если у Антуана проснётся любовь к гастрономии, как у отца, то в скором будущем лишние килограммы округлят наследника. Но также было подозрение: виной этой «красоте» ещё и лень во время тренировок. У Армана, который был старше братца на два года и не учился в академии, мужественные плечи шире тонкой талии, на руках – очевидные бугорки мышц и проступающая сеточка вен…
– … а после игры они, – Жанетта стрельнула глазами в сторону арены, – перед купальней ополоснутся там, за ширмой, мы им воду уже приготовили… И девушкам будет разрешено помочь оттереть грязь, хи-хи-хи… – служанка прыснула в кулачок, – вы обязательно подойдите, помогите тоже… Что?.. Я сказала что-то не то, госпожа?..
Комментирующая на ухо Жанетта отодвинулась: Мариэль смотрела на неё с широко открытыми глазами, в которых плескался ужас.
– … Да вы раньше так делали, братцу, конечно, чаще мыли, – Жанетта торопливо поспешила успокоить, – но и другим тоже помогали. Люсиль, как обычно, Армана мыла…
Взгляд Мариэль, просящий замолчать, подействовал. Жанетта отвернулась и переключилась на состояние болельщицы. Игра продолжилась.
Сказанное служанкой повергло в ужас. Срочно нужно бежать отсюда, пока не закончилось всё это, и … Ленуар обязательно попросит помыть его! Эта шутка в его характере, Мариэль и не сомневалась. Наверняка посыпятся просьбы в духе «помой лучше меня!» Нет, она этого не выдержит! Люсиль здесь нет, что, если Арман попросит?.. Мариэль застонала и прикрыла рукой глаза на минуту: эти фантазии о вероятном будущем могли любого свести с ума.
Как назло Арман прыгал напротив. Хочешь не хочешь – смотреть будешь на его спину с потёкшей с правого плеча грязью.
Смыть её? Пройтись мягкой тряпкой по плечам, лопаткам и скользнуть вниз, по ложбинке… Его мокрые волосы прилипнут прядками к шее, их непременно захочется убрать, потрогать… Макнуть тряпочку в воду и пройтись по мягкой линии – по плечу, предплечью, рукам и ладоням, коснуться его пальцев, которые перехватят ткань и дрожащие пальцы Мариэль…