Наступил день похорон. Облачившись во всё чёрное, практически все ученики академии, пришли проститься. Большой чёрный закрытый гроб, стоял посреди территории. Пасмурная погода и небольшой дождь. Тишину прерывало шептание учеников, и мягкий плач Елены, в котором казалось, было очень много боли. Она совершенно не была на себя похожа. Боль поглотила её, не только изнутри. Красные от слёз глаза, молили о том, чтобы хоть кто-то сказал ей, что это всего лишь сон. Она надеялась проснуться и увидеть его вновь живым. Но это был не сон.
На её лице не было макияжа, а короткие, чёрные как копоть, волосы завязаны в небольшой пучок. На шее была видна небольшая татуировка. Это был аккуратный, перевёрнутый треугольник, который символизировал мудрость. Ведь именно мудрость, замечал Николас, в ней. Отчасти, это тату, была посвящена ему. Но он об этом уже никогда не узнает.
Неожиданно шёпот усилился, и все начали смотреть в сторону церкви. Из-за неё стремительно вышли трое вампиров, в чёрных костюмах, в сопровождении светловолосой девушки. Она была в чёрном, обшитом кружевом, платье и чёрном платке на голове.
— Кто это? - спросил я.
— Основатели академии. Тот, что справа Джон Эванс, он самый старший. Следом за ним, Джулия Харрис. Всегда следует правилам, и не потерпит хамского отношения к себе. Дальше Александр Вуд и Ричард Келлер. Их боготворят многие учителя академии.
Положив алые цветы на крышку гроба, они встали неподалёку от всех.
Спустя время, все не спеша подходили к чёрному гробу и прощались. Елена, подойдя к нему, упала на колени, и заплакала ещё сильнее. Прикоснувшись холодными, тоненькими пальчиками, к крышке гроба она прошептала:
— Прости, что так и не сказала, что люблю тебя... Прости.
Неожиданно, тучи слегка расступились, и вышло солнце. Лучи стали падать на лицо Елены, словно это сам Николас, вытирает ей слезы, своими теплыми руками.
Простояв так, ещё немного, она собралась с силами и встала.
Когда всё закончилось, и все почти разошлись, мы подошли к Елене. Слова поддержки, были ей необходимы. Она была вымотана, и казалось вот-вот упадёт. Но поговорив, ей стало легче. Выдохнув, она вытерла слёзы.
Но как назло, к нам подошёл Адам. Вы скажете, почему же "назло". Ведь можно подумать, что он тоже хочет поддержать. Но нет. Я не знаю, что хотел этот индюк, но то как он поступил, называется неуважение.
— Елена, чего ты убиваешься поэтому святоше? Он этого не стоит.
— Адам, ты идиот?! - слегка крикнула Елена.
— Я серьёзно. Разве он стоит того, чтобы так страдать? Да и вообще не знал, что у тебя могли быть, чувства к такому как он... - он не успел договорить, как я ударил его с большой силой и ненавистью.
— Заткнись! Ты вообще ничего не стоишь, чтобы так говорить.
Адам рухнул на траву держась за нос, из которого текла кровь.
— Виктор Ромер!
Глава 10.
Хорошая погода, вновь говорила о многообещающем начале дня. В доме Бруксов царил покой и идиллия. За завтраком братья беззаботно и звонко смеялись с нелепых шуток, которые рассказывала Ева и Райан. Миссис Брукс готовила свои фирменные печенья в форме грибочков, с шоколадом и мятой. Их обожали все, даже те, кто не любил мяту. Маргарет готовила их с любовью и заботой. От этого они и получались такими вкусными. Мистер Брукс с раннего утра работал в саду. Маргарет давно просила его починить садовый столик, которым она пользовалась каждый день, но он всё время откладывал на потом.
— Знаете кто к нам сегодня приедет? – ворвался отец в дом.
— Кто?! – спросили все хором, подняв глаза.
— Семья Барнс. Они хотели приехать ещё неделю назад, но у них возникли какие-то дела.
— О, наконец-то мы увидим близнецов. – воскликнул Энтони.
— А почему я их не знаю? – удивилась Ева.
— Дорогая ты просто не помнишь их. Они играли с тобой, когда ты была маленькой. - заверила миссис Брукс, положив руки на плечи Евы.
— Не переживай, уверен вы вновь найдёте общий язык.
— Что же, значит будем готовить. Ева и Райан вы как самые активные поможете мне с готовкой. А Энтони и Алан помогут отцу убраться на веранде.
Ежедневные посиделки, были для них привычны. Все помогали миссис Брукс по дому и беспрекословно выполняли её просьбы. Каждый в семье чувствовал себя полезным, нужным, а самое главное любящим.