Пролог
Первой в мир – беззвездной и безлунной ночью – ступила Тьма. Огляделась по сторонам – на чернильное небо, на тёмную твердь – опечалилась одиночеству и позвала брата своего, чтобы вдохнул жизнь в это пустое место.
И пришёл Свет. Раскинул руки-крылья, очищая небо от туч, и на небосклоне засияло солнце. Дыхнул ветром и смёл с земли чёрный пепел, обнажив траву и деревья.
Обернулся на сестру с улыбкой, да только той уже не было рядом – от палящего зноя, губившего её бледную кожу, спряталась она в пещерах горных, где и при свете дня царили мрак и прохлада. Задумался Свет, вздохнул, пуская дыханием своим облака по небосклону, да и хлопнул в ладоши, разделяя свод пополам, на день и ночь. Только солнце скрылось на другой половине, вышла из пещер Тьма, обрадовалась переменами, обняла брата своего сияющего и поделили они мир поровну – пока солнце стояло в зените, властвовал Свет, а как поднимался над горизонтом месяц и зажигались звёзды, наступало время сестры его, Тьмы.
С тех пор и повелась смена дня и ночи, а брат с сестрой продолжили осваивать новорожденный мир.
Вслед за деревьями создали животных и пустили пастись на луга, выплеснули рыб в реки и озёра, а по бескрайнему небу раскинули крылатых птиц. Ожил мир, забрезжил красками, зазвучал переливчатой трелью соловья и блеянием овец. Но не остановились Свет и Тьма и по собственному подобию соткали из частиц самих себя первых людей. Неразумных и слабых, которых приходилось всюду водить за руку, объясняя непростое устройство мира.
Уставали Свет и Тьма со своими детищами – от вопросов бесконечных, от поступков неразумных, да и решили поставить во главу людей кого посильнее и разумнее, чтобы следили и защищали род людской, пока боги от дел своих отдыхают. Выбрали каждый по одному человеку и вдохнули в слабые тела по капле божественной силы, даруя жизнь долгую и силу великую. Вторую каплю даровали камням, да связали кровью с избранными, чтобы при нужде помогли хозяевам своим с напастями бороться.
И встали двое избранников богов над народом своим. Один – избранник Света, – стал главным защитником, взяв себе имя Тарр, «щит». Второй – дитя Тьмы, – стал мечом разящим для всякого неприятеля и звался клинком - Тарх.
И, будучи творениями брата и сестры, неукоснительно подчинялись они заповедям богов, не смея кровь свою мешать с собратом. Так было. Так есть. И так будет.
«Хроники сотворения Империи Исдатар. Том первый. История пятая»
Глава 1
Лошадям нужен был отдых, да и я не отказалась бы от привала, но заночевать мы планировали дальше на востоке, в герцогском замке, со всеми удобствами, а не в глухом лесу, так что я, позевывая украдкой, понукала Сапфир идти вперед, не останавливаясь на такой очаровательной и аппетитной зеленой лужайке. Уже близился вечер, а до захода солнца хотелось бы добраться до города. И в кои-то веки нормально поспать.
Йомар, негласный глава нашего скромного отряда, взволнованно оглянулся, но я подала знак, что всё в порядке. В принципе, всё в самом деле в порядке — незачем ему волноваться попусту. Просто устала немного. И волнуюсь. Впрочем, с волнением лучше бы что-то сделать – оно снедало вторые сутки, мешая спокойствию как днем, так и ночью. В итоге выглядела я – краше в гроб кладут: бледная, с тёмными кругами под глазами, со снулым выражением лица и потухшим взглядом. Йомар знал меня лучше всех из охраны, и от него не скрылось, что виной моему внешнему виду никак не затянутое путешествие на восток, а душевное томление. Томление... слово-то какое, высокопарное.
Отправив на разведку внимательного Кирая, Йомар поравнялся со мной, заглядывая глаза в глаза. Эти его «гляделки» я терпеть не могла – казалось, что у меня на лице всегда всё написано. Плохая черта для политика, очень плохая.
– Как вы, госпожа?
Йомар с самого момента знакомства звал меня госпожой. И здесь, и в столице. Титул для него неважен, да и уведомлять о нём каждого встречного не стоило - как-никак отправились в путь мы инкогнито, - а выдуманное для путешествия имя непостижимым образом казалось ему неподходящим для меня, так что с легкой руки оборотня для отряда охранников я также стала госпожой. Безымянной госпожой. Даже без титула. Забавно.
– Нормально, – вздохнула я. Мужчина недоверчиво нахмурил рыжие брови, повел носом и обличительно фыркнул:
– Лжёте.
Мда. Набрала себе охранничков. Никакого уважения к моей высокородной персоне.