Когда посетители разошлись - кто в клетушки на втором этаже, кто по домам - хозяин пересчитал выручку и спрятал в большой железный короб. Служанка и работник принялись убирать зал, выметая грязные опилки, собирая посуду и сгребая объедки в бадью.
Проводив трактирщика с деньгами до комнаты, Инира заглянула в кухню. Разжилась там у кухарки хлебом, холодным мясом, парой пирогов да кувшином остывшей медовухи и поднялась наверх.
Камил лежал на постели, скинув только сапоги, и сладко посапывал во сне. Девушка раздраженно взглянула на него и, подойдя к столу, громко стукнула тарелкой.
- Встаю, встаю, - с улыбкой в голосе мурлыкнул этот нахал и, потянувшись, вскочил. - Спасибо за ужин, – добавил он, разглядев миску с мясом, резную доску пирогов и медовуху.
- Это и мой ужин тоже, - буркнула она, снимая ремни и сапоги.
Хотелось в ванну, но где ж ее взять среди ночи? Хорошо, что за холщовой занавеской есть таз с водой и полотенце.
Парень захрустел хрящиком, откровенно ее рассматривая, а потом спросил:
- Инира, что ты делаешь в нашей школе?
- Учусь, - хозяйка комнаты пожала плечами и утопала за занавеску, прихватив старую рубаху Сига, которую он отдал в починку и забыл.
Когда она вернулась, одетая в длинную мужскую рубаху, вытирая влажные кончики коротких волос, Камил уже расправился с пирогом и половиной мяса. Откинувшись на скрипучую спинку стула, он прихлебывал из грубой глиняной кружки медовуху и пристально рассматривал ее, словно редкий клинок.
- Ты не похожа на деревенскую, слишком правильная речь и манеры, но и на купеческую дочку тоже не сойдешь.
- Это еще почему? – Ей стало любопытно.
В школу телохранителей принимали любого, не спрашивая о прежней жизни. Часто ученики носили даже не имена, а клички или прозвища.
Инира устало плюхнулась на лавку и потянулась к еде, слушая ответ.
- Твоя комната… В ней ничего лишнего: стол, кровать. Нет ни сундука, ни узлов с вещами…
- А, может, я еще ими не обзавелась? – предложила свежую версию телохранительница, выбирая пирожок порумяней.
- Все равно ты не купеческая дочь, - Камил упрямо мотнул головой и нацедил себе еще медовухи из крынки. Потом перевел взгляд на перевязь с ножами и кожаный жилет. - Ты ценишь хорошее оружие и качественные вещи, но не тащишь в свою жизнь хлам и тряпки.
- Ага, - Инира сложила руки на груди и, скептически хмыкая, пошла в атаку. – По - твоему выходит, что я есть похищенная в младенчестве принцесса! Нежно любящая оружие и доспехи! Должно быть, меня воспитали горные тролли. Я сбежала от них и теперь скитаюсь по свету в поисках своего суженого – принца!
В ее голосе присутствовало как раз необходимое количество сарказма и насмешки, но Камил лишь поморщился:
- Я не собираюсь выбивать из тебя правду, просто хочу знать.
- Хотеть не вредно. – Инира тоже умела быть неуступчивой. - Лучше скажи, зачем ты привел учителя Меледа?
Камил развалился на скамье и ехидно улыбался, поблескивая глазами в свете единственной свечи:
- Не скажу! Но ты можешь попробовать догадаться…
Девушка равнодушно пожала плечами, и потянулась за куском мяса.
- …Или выкупить знание за поцелуй, - добавил Камил.
Друг
Инира от возмущения едва не подавилась. Сдержалась, прищурившись, и так же ехидно выдала:
- Мой поцелуй, или той юной травницы, которая зачастила в школу?
Камил благосклонно кивнул:
- Квиты. Впрочем, я не сомневался в твоем уме и сообразительности. Наставник Мелед приходил посмотреть на тебя. Он хочет взять в свою группу нового ученика, точнее - ученицу.
Вот тут она оторвалась от смачного куска и уставилась на Камила, удивленно подняв бровь:
- Откуда такая щедрость?
В ответ Камил лишь аристократично поморщился и махнул рукой:
- Я ушел от отца, но это не значит, что я ушел из школы. Буду натаскивать пяток сонных рож и получать скромную зарплату наставника.
- И будешь в курсе всех новостей Школы, - не удержалась Ини.
Камил опять кивнул:
- И это тоже, – затем вернулся к прерванному разговору: - Вообще-то Мелед давно к тебе присматривается, вот и решил проверить сообразительность.
Девушка вновь начала медленно жевать, размышляя на досуге. Кажется, ей удалось подняться выше, чем она планировала. Женщин–телохранителей вообще мало. В основном они служат у богатых дворянок, желающих подчеркнуть свой статус. При этом мало кто верит в их эффективность.