Ведьма пристально смотрела на Мага, не совсем веря своим ушам.
– И я причастен к его падению и ко всему, что оно повлекло… Я…
Маг не успел закончить фразу, как Ведьма подскочила, книги с ее стола разлетелись в разные стороны. Маг, будучи физически больше и сильнее ее, сжался под ее жестким гневным взглядом. И внезапно где-то в глубине души даже почувствовал отголосок вины.
– Что случилось? – удивился он и тоже поднялся. Ее гнев, смешанный с ненавистью и страхом, он видел так же отчетливо, как и разбросанные вокруг книги. Низменные чувства плотной темной непроницаемой и хищной стеной окутывали Ведьму.
Ведьма вылетела из библиотеки. В ней всколыхнулись чувства, которые она пыталась загасить всеми силами. Маг потревожил ее воспоминания о днях начала ее пути Ведьмы. О ее борьбе и об одиночестве. Ей показалось, что нечто братское, что так неожиданно выросло между ними, вдруг исчезло. Стремительно. И Ведьма ощущала, как заботливо выстроенная система мировосприятия снова пошла трещинами.
Маг глянул ей вслед, недовольно прошипел «женщины», вышел из библиотеки и отправился по своим делам.
Он хотел, как обычно, прогуляться по окрестностям замка и после отправиться на пару дней, пока не прояснится с их новым заданием, к Маяку Бесконечности, где любил в одиночестве бывать и предаваться воспоминаниям о своем прошлом. Ведьма как истинная женщина беспардонно взбередила его чувства и воспоминания, которые он хранил в дальних и темных уголках души, и безжалостно оставила его наедине с ними. При всем этом еще умудрилась сделать его виновным. В его голове, конечно, появились догадки, что ее история осталась недосказанной, но он мог только предполагать, что она скрыла.
Вдруг некая сила остановила его на пути из подвалов. Только вчера он свободно ходил по этой лестнице, а уже сегодня не мог и шага сделать на первую ступень. Маг развернулся и стремительно зашагал к другой лестнице. С ней повторилось то же самое. К третьему выходу он чуть ли не летел, там его уже ждала Ведьма.
– Нас тут заперли, – спокойно произнесла она.
– Колдун?
Ведьма, не глядя в сторону Мага, кивнула. Она будто рассматривала нечто невидимое там, где должна была быть преграда. Спустя время она снова заговорила:
– Сильное колдовство, мне будет не под силу его снять.
– Еще бы! – ухмыльнулся Маг. – Стал бы Колдун накладывать то, что кто-либо из нас мог бы снять!
Ведьма не обратила внимания на его колкость. Или только сделала вид?
– И мы не можем уйти в другие миры. Рискованное было бы путешествие… – добавила она.
Маг только кивнул в ответ, не волнуясь о том, видела ли Ведьма его жест. Да и Ведьме тоже было безразлично, как отреагирует Маг. Ее мысли занимали более важные вещи. Внутри нее образовался жестокий холод, уверенный и непреклонный. Такой холод может возникнуть только в сердце женщин. Ей срочно требовалось что-то предпринять. Совершенно неважно что. Она готова была действовать хладнокровно и безжалостно, безжалостно к обстоятельствам и людям, которые мешали ее укладу жизни и пути.
Маг чувствовал, что теряет спокойствие. События последних дней выбили его из привычного ритма жизни, внутри зарождалась тяжелая тревога, готовая выйти наружу. Он всеми силами пытался ее подавить – он же большой, сильный мужчина и ни в коем случае не должен показать свою слабость. Он это повторял сам себе каждый раз, когда был готов совершить глупость. Он взглянул на Ведьму. Она выглядела спокойно. Маг не мог уловить ее чувств, она стала абсолютно непроницаемой. Да и раньше он c большим трудом мог это сделать – стоявшая перед ним женщина всегда была для него тайной. «Наверняка у нее есть какая-нибудь задумка, раз она так спокойно отнеслась к случившемуся», – размышлял он.
Не успел он это подумать, как она бросила короткое и равнодушное «я в лаборатории» и скрылась за каменным углом стены. Мага обдало еле уловимой могильной холодностью, исходящей от нее.
«Неописуемый увалень», – думала Ведьма, направляясь по светлым стерильным коридорам к лабораториям. Она испытывала такую злость, что была готова его убить прямо там. Его и всех, кто попытается встать на ее пути. События последних дней давили, проблемы, словно снежный ком, закручивали ее в неконтролируемом и вязком вихре. С каждым днем внутреннее напряжение нарастало. А теперь их еще вдобавок ко всему заперли в подземелье. И ближайший десяток лет они точно проведут здесь. Она ворвалась в лабораторию, испугав ученых, всецело погруженных в работу.
– Так, где тут мое рабочее место, давайте мне его! – прокричала она, кометой проносясь мимо мужичков в длинных халатах и колпачках.