В один из тех случаев, когда она пристроилась около открытого окна у крыши, храмовники вдруг завели беседу, которая чрезвычайно привлекла ее внимание. Они говорили об ангелах и демонах. Насколько она могла знать, истинных сильнейших ангелов никто и никогда не видел и обитали они где-то совершенно далеко и не здесь. Насколько могло понять ее юношеское сознание, это «не здесь» было где-то за границей чего-то. Но те, кому открылись великие тайны, знали, как сотворить по их образу и подобию сплетенных из тончайших световых нитей сущностей и направить их на свою службу. И нужно было невероятно много Света. Еще тогда они решали, где взять столько Света и каким образом его перемещать. Ведьма подумала, что в Темном Доме ей вряд ли удастся найти Свет на сущность размером хотя бы с маленькую птичку. Но даже этого ей хватило бы. И вдруг в памяти всплыла еще одна подробность магической операции: только человек со светлой душой и чистыми намерениями сможет создать ангелоподобное существо и взаимодействовать с ним. Попытайся это сделать человек темный, в лучшем случае у него ничего не выйдет, в худшем – его творение убьет его самого. Как тогда сказал главный жрец, аннигилирует. Что станет с самой сущностью, не уточнялось. Но, как поняла Ведьма, она тоже исчезнет, восстановив тем самым равновесие.
Теперь в библиотеке она долго ходила между шкафами, пытаясь найти нужный том. Хотя она скорее не искала что-то конкретное, а просто размышляла. Ей лучше удавалось сосредоточиться на беспокоящей теме вдалеке от посторонних, в среде хотя бы относительного знания. Ее взгляд скользил по корешкам; попадались названия на незнакомых языках, понятия, о которых она не имела представления. Но все было не то – она чувствовала.
Тут внезапно приоткрылась дверь, она услышала, как кто-то мягко и почти беззвучно вошел в библиотеку.
– Ты здесь? – раздался голос Мага.
– Да, – она ответила тихо. И вдруг почувствовала, что злость на него уже давно улетучилась. Ей показалось, что она сходит с ума. Таких эмоциональных перепадов у нее давненько не было, с тех самых пор, как она была в бегах. Тогда любое событие – и хорошее, и плохое – могло ее вывести из равновесия. Собственно, на этом и сыграли темные легионеры. Именно так она и оказалась здесь. И вдруг догадка:
– Это ты играешь с моими эмоциями? – не отрываясь от своего занятия, спросила Ведьма.
– Нет. У меня уже нет такой власти над тобой, – отозвался Маг, приближаясь между стеллажами к ней.
Они молчали. Ведьма пыталась припомнить, когда же эта самая власть над ней исчезла. И чтобы поддержать разговор, спросила:
– И давно?
– Почти сразу после твоего посвящения первой ступени.
– А до этого ты часто пользовался этим?
– Только чтобы понять, что ты чувствуешь. Женщины – удивительные существа, эмоции и чувства у них меняются со скоростью кометы. И мне, собственно, как и любому мужчине, хотелось знать и понимать их. Но потом что-то изменилось и ты из чувственной сферы перешла в умственную. Мыслей стало больше, эмоции – сдержаннее, их сила, конечно, не убавилась, но разум сотворил стену, оберегающую тебя от воздействия. Ты возросла. И вырастила свой разум до размера чувств. Они будто слились…
– И как ты это понял?
– В тебе появилось некое подобие равновесия. Ты стала больше размышлять и меньше поддаваться чувственным порывам. Даже наш союз основался на чем-то большем. Неужели ты никогда не ощущала эту странную связь, тянущуюся откуда-то из прошлого?
– Я сначала думала, что мы объединились, чтобы захватить власть.
– Это было сначала. А теперь?
– Теперь не знаю. Ты окончательно меня вывел из равновесия, сказав, что был одним из тех, кто разрушил город с Золотыми Вратами.
Маг и Ведьма стояли по разные стороны стеллажа, прячась за книгами. Никто из них не решался выйти и показаться другому. Маг пытался уловить подходящее время, Ведьма просто делала вид, что изучает книги и не знает, что якобы нужно куда-то и зачем-то выходить и общаться, видя друг друга.
– На тебя так повлияла гибель твоей спутницы?
– Нет… – после паузы ответила она.
– А что же? – после такой же паузы спросил Маг.
Этот разговор давался им с трудом. Маг пытался тщательно выверять каждое слово, чтобы добиться от Ведьмы ответов. Ведьма же колебалась – стоит ли ей открывать свое прошлое перед Магом.