В этом мире возможно всё. И жить иногда весьма увлекательно. Но порой переживать некоторые жизненные события страшнее, чем умирать. Но какая-то внутренняя сила заставляет каждое живое существо в любой части Космоса бороться за жизнь во что бы то ни стало. Вот и их с Магом что-то вело вперед, заставляло бороться, двигаться, сопротивляться, искать пути и выходы. Любопытство? Отчаяние? Злость? Ненависть? Упрямство? Вера? Надежда? Может быть, та самая Любовь, которая склеивает Космос и все живое в нем и не дает Великому Творчеству распасться? Или, может, это какая-то другая сила, которая отвечает за то, чтобы некое Великое Творчество было осуществлено и закончено?
Еще через мгновение он добавил:
– Я не смог, но очень хотел, – он отвернулся к гобеленам, украшавшим библиотеку и делавшим ее каменные стены не такими холодными и мрачными.
Уют приверженцы Темной стороны ценили высоко. Мягкие кресла, приглушенный свет огня в камине, чаши, в которых огненная вода излучала голубовато-зеленоватое дымчатое горение, полки с пыльными томами знаний и те самые гобелены, которыми были увешаны все открытые стены, и создавали этот уют для отдыха душой и телом. В библиотеке Маг и Ведьма чувствовали себя как никогда раньше спокойно. Это был их оплот, их крепость, их келья. Спустя месяцы, проведенные в подземелье, они стали отпускать надежды вернуться к боевым будням. Им все меньше и меньше хотелось снова сражаться, махать оружием, мчаться на край света на лошадях, преследовать кого-либо по поручению Колдуна. Они знали, что известный им мир – мизерная часть отведенного им Космоса. Этот Космос они умудрились наполнить и собственноручно созданными мирами-вселенными. Но все равно размеры изначального Космоса были настолько колоссальными, настолько страшно огромными, что их звезды и созвездия казались лишь каплей в море. Но, тем не менее, эти Вселенные были для них всем. Они жили в этих Вселенных и властвовали в них; добрая или худая была их власть, они смогут увидеть только по прошествии многих лет.
Совсем скоро Ведьма почувствовала, что заказ готов. Бедный лаборант кружил около их двери, не в состоянии ее найти. Выйдя, она застала беднягу, уставившегося взглядом в противоположную стену. Рядом стояла этажерка на колесиках с аккуратно сложенным оборудованием.
– Как-то непросто вас оказалось найти, вроде бы где-то здесь должна была быть дверь в библиотеку, – сообщил лаборант.
– Ага, ты немного промахнулся, хорошо, что я тебя встретила. Я заберу заказ, – и Ведьма взмахом руки заставила последовать этажерку за собой, а лаборанта по своим делам.
*
Маг вовлечено всматривался в конструкцию на столе. Он удерживал мысленно силовое поле, позволяющее соединиться частям и проверить их стыковку, и отсчитывал на космических часах движение тел, чтобы в определенное мгновение окончательно соединить части будущего изобретения. Он уже который день практически непрерывно сверялся с картами, часами, компасами, вымерял гармоничные пропорции и высчитывал формулы. Временами память подводила – нужные формулы выветрились, во многих необходимых теоретических знаниях образовались бреши. Но он хитроумно выходил из затруднений: заново выводил формулы, придумывал забытые теории на основе имеющихся знаний, в конце концов, экспериментировал, пробовал, раз за разом пытаясь заставить конструкцию работать.