Первый дворцовый переворот удался, они с лихвой его провернули прямо под носом Колдуна и остались незамеченными. Но не учли всей силы врага, и Колдун снова взошел на престол. Будто прочитав мысли, Шут произнес:
– Колдун – лишь марионетка сил, о которых он практически ничего не знает.
– Видимо, очень могущественных сил.
– Точно.
– И ты не расскажешь мне о них.
– Верно, – кивнул Шут.
– Что это за шрамы у тебя?
Внезапное мерцание пламени печи осветило многочисленные шрамы от рваных ран на торсе и руках Шута.
– Псы, – коротко ответил Шут
– Псы?
– Да. Цепные, адские, исполинские псы. Эти раны теперь всегда со мной, кем бы я ни захотел быть.
Магу стало слегка не по себе. Даже в горячей сауне он почувствовал, как холодок страха пробежался по спине, застряв в горле. Несмотря на свою храбрость, которую он обрел благодаря силе и могуществу, ему все равно было неуютно представить, где же его друг смог нарваться на таких зверюг. Зверюг, которые смогли истерзать столь сильное существо. Магу подумалось, что от него-то точно не осталось бы и следа.
– Даже не спрашивай, где и как, я тебе все равно не расскажу. И да, в этом мире в миллионы раз больше мест, которые ты даже представить себе не сможешь, чем мест, которые будут понятны твоему сознанию.
– Ты знаешь, что будет с нами дальше? – поинтересовался Маг.
– Конечно, – кивнул его собеседник и на вопрошающий взгляд Мага ответил: – Но тебе я этого тоже не скажу, собственно, как и любому другому, – слишком велика вероятность, что вы поверите и все случится именно таким образом.
– Ладно, – смиренно согласился Маг. – Это удивительно. Мне казалось, что будущее нужно знать именно для того, чтобы им управлять и изменять.
– Его не существует, пока ты его не узнал. Так что у тебя есть абсолютная свобода творить свой путь. А узнав его, даже если он будет чьей-то выдумкой, ты непременно пойдешь по нему, специально или нет – неважно, он все равно полностью или частично сбудется. Так что просто положись на космическую силу, которая ведет тебя, – все обернется наилучшим образом.
– Но ты же знаешь, что я хочу узнать и постичь истину. В поисках ее мне тоже полагаться на космическую силу? А что если я так никогда до нее и не дойду?
Шут удивленно поднял на Мага глаза:
– Ты же уже знаешь, что делать.
– Цитадель?
– То, чем ты занят сейчас.
– Новое изобретение?
– Культивация надежды и доверия.
– Это все заведет меня в могилу.
– А чем же тебе не нравятся могилы?
– Тем, что ты больше не живешь, вот чем.
– Отнюдь…
Снова настало молчание. Маг пытался переварить услышанное. В его голове вертелись вопросы. Много вопросов. Но по выражению лица Шута он понял, что эта тема закрыта.
– Какие наши дальнейшие действия? – спросил Маг.
– Действия по поводу?
Шут пристально посмотрел на него. Магу показалось, что Шут знает ответ, но для чего-то задал встречный вопрос – для уточнения? Систематизации? Или он уводит от какой-то темы?
– Колдуна и Дома. Наша прошлая попытка оказалась не совсем успешной. Он смог вернуться. Сейчас я не нашел каких-либо слабых мест в его обороне. К тому же я заточен здесь. И не могу до конца верить ей. Тьма по-настоящему захватила ее душу, она считает, ну, или считала, себя истинной приспешницей. Как наверняка сейчас обстоят дела у нее внутри, я не знаю – ее растущая сила закрывает ее от меня. К тому же и Колдун, как мне кажется, уже не доверяет мне так, как прежде. Если бы он доверял нам, ему незачем было бы нас запирать внизу. Он явно дал понять, что именно думает о нас.
– Знаешь, в конце концов, все будет так, как должно быть, только не нужно отступать. Тебе не нужно отступать. Осталось продержаться только до определенного рубежа. Ты все сделаешь правильно. Я не могу раскрыть тебе большего. Но могу сказать, что борьбу ведете не только вы, не только мы и не только они. Борьба идет на всех планах – у каждого своя война.
– Так кто же ты? Не перестаю задавать этот вопрос, – прошептал Маг.
Шут снова улыбнулся своей коронной улыбкой, в которой заключались, как показалось Магу, все возможные чувства и оттенки чувств, мысли и оттенки мыслей – все что угодно, и в этом всем Магу приходилось бултыхаться и карабкаться, пытаясь найти ответы.