Магистр, Ведьме показалось, слегка подпрыгнул от удовольствия. Лицо его озарилось хитроватым удовольствием. Видимо, ему нравилась идея, что одни из лучших воинов подчиненного Дома поступят к нему на службу. А один из самых крупных Магов, да еще и со званием Главнокомандующего, стал бы настоящим зверским украшением и гордостью его армии.
– Что же вам для этого нужно? – слегка дрожащим от бурного злорадного удовольствия голосом спросил Магистр.
– Всего ничего, – буднично ответила Ведьма, – лишь доступ во все отделы библиотеки, ко всем письменам и во все залы с экспонатами.
– Но я не могу предоставить вам доступ во все-все-все отделы библиотеки, у нас есть слишком тайные письмена, куда допускаются крайне доверенные служащие.
Ведьма легко дотронулась до плеча Магистра, ощутив в ответ заметную только для нее возбужденную дрожь. Она поймала взгляд старика и заговорила:
– Мы истинно хотим служить вам и истинно хотим распространять знание о верном пути. Нет дурного в том, что ради такой благородной цели мы хотим знать больше, что мы хотим получать новые звания, присоединять к нам новые миры, да и вообще, в недалеком будущем воссоединить всех и вся под одним знаменем темного, праведного и истинного могущества.
Ведьма с каждым словом понижала голос и все ниже склонялась к уху Магистра, тем самым создавая образ таинственности ее планов, и старик уже воочию начал трястись от предчувствия вселенской власти. Объединить весь мир под одним знаменем – его давняя мечта, и он сделает все возможное и невозможное ради ее исполнения.
– Так и быть, – ответил Магистр. – Все хранилища в вашем безграничном доступе, можете находиться в них сколько хотите и когда хотите, – и сделал причудливый жест рукой, ставя ментальную печать на невидимом гла̀зу, но действующем на всех уровнях Цитадели разрешении.
*
Троица проделала долгий путь по коридору, уставленному мраморными статуями и увешанному позолоченными гобеленами, и подошла к высоким дверям, ведущим в обеденный зал. Те беззвучно распахнулись. В центре стоял небольшой стол с приборами на две персоны.
– Вы отобедайте, слуги в вашем распоряжении, а я отлучусь по делам. Быть может, вечером, если у меня не будет других важных дел, я хотел бы с вами побеседовать. А сейчас вы можете ходить по всем залам библиотеки. После обеда слуги покажут ваши покои.
Магистр резво развернулся на пятках и скрылся за ближайшим поворотом коридора, его синяя мантия резко вспорхнула и улетела следом.
Маг и Ведьма молча уселись за стол, слуги поставили перед ними кушанья. Союзники так же молча пообедали, встали и пошли за слугами, которые повели их к приготовленным комнатам.
Ведьма знала, что Маг помог ей повлиять на Магистра, чтобы тот выдал им абсолютный библиотечный абонемент. Совсем чуть-чуть, через слова Ведьмы он послал старику чувства превосходства и жадности, которые ему были и так близки. Тем самым подтолкнув его к нужному решению.
Они собирались действовать с предельной осторожностью, в Цитадели ни одно слово не должно их выдать. Слово, сказанное даже в полном одиночестве, может быть услышано и доставлено Магистру. Маг и Ведьма решили так не рисковать и выбрали молчание своим оружием.
Не теряя времени, они по молчаливой договоренности отправились на поиски интересующих их знаний. Каждый – своим путем.
– Держи оружие наготове, – шепнул Главнокомандующий Ведьме на прощание. – Надеюсь, мы скоро увидимся. Если что, действуем по плану и встречаемся за пределами Цитадели, если и там не встретимся, то у Маяка Бесконечности, а оттуда дальше… – мужчина погладил ее волосы и поцеловал в щеку.
– Надеюсь, то, что чувствуешь ты, и то, что вижу я, все-таки не сбудется, – ответила она, развернулась и уверенно зашагала по коридору, удаляясь от одиноко стоящего Мага, провожающего ее взглядом.
И Маг, и Ведьма достаточно долго проплутали по многочисленным коридорам и залам Цитадели, при этом не встретив практически ни одного стражника, служащего или живущего при дворе. Сложилось впечатление, что они единственные гости места, в котором пересекаются все темные пути, и места, которое держит в подчинении все известные им темные образования. Возможно, в разгар дня все прислужники находились на заданиях. «Или… нет», – Ведьма отбросила внезапно посетившую догадку.
Ближе к вечеру Ведьма обошла с десяток комнат с сотней экспонатов, на ее взгляд, не имевших для нее никакой ценности. Что она искала – она и сама не знала, но некое внутреннее чувство заставляло ее продолжать поиски. «Интересно, как там Маг, нашел ли он тексты с истиной, которую так искал?» – думала она. Совсем того не ожидая, Ведьма вдруг остановилась около стеклянного куба, внутри которого находился странного вида трезубец. Он имел плоские и длинные, как лезвия мечей, штыки. Рукоять была длинной и выполненной из обожженной, чуть ли не до матовой черноты древесины. В высоту он доходил почти до подбородка Ведьмы. Оружие не было красивым или изящным, это была грубая работа, грубая ковка и грубая обработка дерева. На штыках так же грубо было выгравировано по слову. На первом – «повиновение», на третьем – «сопротивление», а на втором, будто соединяющем два крайних, – «равновесие». Ведьме до ужаса захотелось обладать трезубцем, и она стала придумывать способы, которыми она смогла бы завладеть им, от банальной просьбы у Магистра до кражи. Кража оказалась приемлемым способом – долго в Цитадели она задерживаться не собралась. Ведьма поспешила найти Мага, чтобы согласовать дальнейшие действия. Она нашла то, что звало ее, и у нее больше не было причин оставаться здесь. Дело оставалось за Магом – смог ли он найти то, что искал?