Он сложил руки у рта рупором и снова радостно закричал в бесконечность. Свет Маяка сделал круг, освещая даль. Даль Сада имела как будто свое личное, независимое ни от каких светил, свечение и вместе с этим принимала свет Маяка, который словно наполнял все пространство смыслом.
– И что, куда мы теперь? – спросил вышедший из-за каменного основания Маяка его друг.
– Отшельник, – так звали вышедшего. Иногда его еще называли Первооткрыватель. Отшельник долгое время странствовал один, избегая попутчиков, пока не встретил Мага и Принца. – Помнишь, я тебе рассказывал легенду о мировой Птице, плавающей по водам бескрайнего Первоначального Космоса?
– Помню…
– Так вот, я думаю, это была бы прекрасная идея – найти эту Птицу, а точнее, ее яйца, и раскрыть их тайну.
– И что мы будем иметь с них? Они ценные?
– Еще как ценные! Они содержат в себе некую вселенскую тайну!
– Да что нам до их тайн? – удивился Отшельник.
– Как что до тайн? Разве у нас есть что-то ценнее раскрытых тайн? Разве не ты славишься открытием тайников и изучением скрытых смыслов новых Вселенных?
– Я-то? Может, и славлюсь, только ни разу не слыхал, чтобы обо мне кто-то говорил, – Отшельник подошел ближе к краю обрыва и тоже стал, как и Маг, всматриваться вдаль.
– А это оттого, что особо-то и некому говорить о нас, все заняты чем-то крайне таинственным и увлекательным, все к чему-то готовятся. Я чувствую, что скоро должно произойти что-то грандиозное. Меня переполняет это чувство!
– Да, и все это связано именно с той самой Птицей, – сказал подошедший и ставший справа от Мага Принц.
– Принц, с чего ты взял? – удивился Первооткрыватель.
– С того, что я вроде как Принц и мне ведомы все дела придворные – я их читаю, словно открытую книгу. Не забывай, я хоть и ушел из Дворца-Храма, но сделал я это по моей доброй воле, и отпустили меня тоже по доброй воле. Дела действительно лежат у темы Птицы. Но Птица – это совершенно не то, что вы думаете. И яйца – это не та ценность, которую вы воображаете.
– И что же это? – спокойно, не отрывая взгляда от бесконечного Сада, спросил Маг.
– Птица – это непомерно огромное создание Прародителей. Она настолько большая, что мы можем находиться «в ней» и даже не знать об этом. Птица – это только название некоего всеобъемлющего субъекта, готового родить. Яйца – это красочное название предметов, которые наверняка вовсе и не походят на яйца. На самом деле это сосуды, предназначенные, чтобы в целости и сохранности доставить и сохранить содержащееся там знание – жизнь. Знание о жизни. Жизнь – это и есть знание, это и есть Тайна.
– Зачем же нам знание о жизни, если мы и так живем? Если мы и есть жизнь? Какая еще может быть жизнь, кроме той, что мы сейчас имеем? – удивился Отшельник.
– Та жизнь, что в яйце, – вот какая, – ответил Принц.
– Для чего? – не унимался Отшельник.
– А вот это даже мне неизвестно, – ответил Принц. – Думая об этом, я будто наполняюсь возвышенными чувствами, гордостью, желанием действовать. Правда, понятия не имею, в каком направлении.
– Друзья, не зря же мы имеем такие имена – Принц, Первооткрыватель, Маг. Мы не одну тайну раскрыли и не один клад нашли, и ни одно наше новое знание не пропало просто так, – сказал Маг. – Так давайте разгадаем и эту?
– Во что бы то ни стало, – подтвердил Принц.
– Вместе – навсегда, – подтвердил и Первооткрыватель.
*
И три друга бросились в пучину приключений, занявших с сотню лет. Однажды друзьям пришлось разойтись, но они договорились, что непременно встретятся через сто лет у Маяка. Они пообещали друг другу быть на «связи» и всегда слушать друг друга через космические струны. Они никогда не забывали, кто они и какая у них цель.
Однажды, будучи один, без своих друзей, которые разбрелись в неведомых ему направлениях, Маг захотел найти границы мира. Он упорно двигался в одном направлении. Он думал, что если постоянно идти в одну сторону, то непременно дойдет до края. Он ощущал, что границы где-то должны быть. Но сколько бы он ни шел – нигде не было и намека, никто не знал, многие даже и не хотели узнавать.
– Их нет, – однажды раздался позади женский голос.
– Кого нет? – удивился Маг.
Он обернулся и увидел перед собой женскую фигуру, закутанную в серый шерстяной плащ с капюшоном. Она откинула капюшон, и Маг смог лучше рассмотреть свою собеседницу. Она была необычайно красивой, что, в общем, не редкость для этого мира. Но ее все же выделяли глаза – в них светилось некое внутреннее знание. И Маг сразу понял – в них светилась тайна. И именно эта тайна его как искателя тайн и приключений привлекла в ней. Он загорелся идеей раскрыть ее.