– Извините, леди, не представился, – паренек дотронулся до края своей модной шляпы и чуть поклонился, – меня зовут Феликс, Феликс Азарман. Но можете звать меня просто Лекс.
– Стю Тейлор, приятно познакомиться.
– И мне невероятно приятно! Такое чувство, будто мы уже мельком встречались где-то.
– Не могу даже предположить где, – скептично ответила Тейлор. Но фамилия Азарман непривычно резала слух. То ли оттого, что подобные фамилии были слишком редкие в этих краях, то ли оттого, что беспощадно напоминала имя человека из ее прошлого.
– Может, на картинных выставках или театральных постановках? – предположил Лекс.
– Вряд ли, на таковых не бываю и никогда не была.
– А хотелось бы? Я заметил, у нас с вами одно общее увлечение, его сложно отрицать. Думаю, вам было бы интересно познакомиться с одним моим таинственным другом. Он вхож во многие тайные круги общества.
Лексу удалось заинтриговать Тейлор. В погоне за таинственным она могла бы посостязаться с самыми великими искателями современности. Во всяком случае она так считала. И гнев ткачих ее ничуть не страшил перед возможностью приблизиться к новой тайне и к новым знаниям.
– Хотелось бы, – ответила Тейлор. – Когда же мы сможем познакомиться с вашим таинственным другом?
– Да хоть прямо сейчас! Он живет за углом!
И Тейлор, не раздумывая, согласилась отправиться к таинственному другу в гости.
– Знакомься, это Принц, – сказал Феликс. Из непрозрачных розоватых тюлей, отделяющих эту комнату от другой, важно ступая, вышел странного вида худощавый юноша. На его лице читалась театральная напыщенность. С его плеч свисали разнообразные, сшитые удивительным образом яркие лоскуты ткани. На шее позванивали и поблескивали какие-то амулеты, в одной руке он держал покрашенную золотистой краской деревянную палку, другой рукой поддерживал свисающие ткани. На голову он водрузил что-то наподобие турецкого тюрбана, скрученного из оранжевого полотна. В этот странного типа головной убор он кое-как воткнул павлиньи и куриные перья. Из-под псевдотурецкого тюрбана выбивались клочья черных волос, выдавая профана в деле закручивания полотен на голове. Из комнаты следом за «чудом в перьях» выбежал маленький белый котенок. Не менее театрально юноша нагнулся и подхватил котенка, придерживая рукой, в которой была палка, тюрбан. Наконец, он выпрямился, держа у сердца маленькое животное, и высокомерным взглядом окинул Стю и Лекса.
Настало молчание. Ни Лекс, ни Принц нарушать тишину не собирались. Тейлор хихикнула – картина была настолько комичной, что она не сдержалась.
В ту же секунду лицо Принца изменилось: исчезла надменность, вместо этого юноша широко и доброжелательно улыбнулся в ответ. А дальше залился раскатистым смехом. Лекс тоже засмеялся.
– А ты, как обычно, в своем репертуаре! – Лекс обнял Принца, похлопав его по спине и передавая мешок с книгами. – Вот твои сокровища.
– А ты все так же представляешь меня Принцем.
Когда юноши закончили приветствовать друг друга, тот самый названный Принц обратился к Стю. Он внимательно оглядел ее с ног до головы и произнес, протягивая руку:
– Григорий. А это, – он кивнул на белый комок, – Снежный Барс, но пока только маленький Снежный Барсик.
– Стю Тейлор, – девушка пожала руку. – Барс просто замечательный!
– А ты из тайного общества Ткачих что ли? – спросил вдруг Принц.
Тейлор сделала удивленное лицо – она научилась играть роль удивленной незнайки за те пару месяцев, что провела у ткачих, ведь первое правило она постаралась усвоить на все сто процентов.
– Из какого-какого общества? С чего ты взял? – переспросила девушка.
– Да просто фамилия Тейлор будто отсылка к этому.
– Уймись, Принц, нет никакого общества Ткачих, – встрял Лекс и тут же обратился к девушке: – Уж прости его, он выдумал, будто реально существует такое общество, хотя никогда в жизни не встречался с его адептками, он начинает подозревать любую девушку, которая хоть отдаленно может относиться к нему. Вот теперь он зацепился и за твою фамилию.
– А почему тебя называют Принц? Ты разве имеешь отношение к королевской семье? – усмехнулась Тейлор на выпадки Принца.
– Возможно, когда-то и имел, – пробубнил под нос юноша и громко ответил: – Это все из-за того, что в театральных постановках я частенько играю разных принцев и королей, – юноша, побрякивая амулетами, раздвинул плотные тюли, пропуская гостей в комнату.