– Увы.
Григорий встал из-за стола и отвернулся к окну. Теперь Стю не могла видеть его лица и слышала лишь дрожащий голос. Он продолжил:
– Увы, с рассветом все волшебство рассеивается. А сон приносит обнуление. И каждый раз, проведя ночь в обществе тех людей, открывая глаза после сна, я понимаю, как я ничтожен. Как все призрачно и нереально все то, что там происходило. Я лишь расходный материал, лишь зевака на тех собраниях. Мне никогда не достичь их высот… Я – никто. И это меня унижает. Я не хочу иметь ничего общего с теми людьми…
– Погоди! Ты не ничтожен! Об этом я и хотела… – перебила Стю, вскакивая со стула и желая приблизиться к Принцу.
– …и с тобой, – продолжил он, не замечая попыток Стю прервать его.
Девушка застыла на месте с протянутой к Принцу рукой. Внутри оборвалось что-то такое, что отвечает за упорство в своих действиях. Упорство переубедить Григория вдруг исчезло – Стю поняла, что он действительно пока не тот, кто являлся ей во сне. Возможно, она обозналась. Возможно, Шут и не преуменьшал, утверждая, что с Григорием-Принцем у него очень мало общего. А что же значило, что и у нее со Стю Тейлор столько же общего? Отчаяние захватило ее нутро. Как же так? Неужели она – это не она? Эта мысль сопротивлялась и не желала приживаться в ее голове, она казалась инородной. Ей сделалось страшно. «А может, все это действительно был сон», – уверяла она себя. Невероятно реалистичный и захватывающий, но всего лишь сон? И ей поверилось в это.
И грусть от несбывшихся ожиданий и вмиг растворившихся чудес подкатила к горлу, несмотря на только что одолевавший ее мистический страх.
Девушка вдруг увидела со стороны всю нелепость ситуации. Она стояла с протянутой рукой к парню, отвернувшемуся от нее, в то время как она принимала за чистую монету свои сны. «Какая глупость и наивность», – снова подумала она и отдернула руку.
Но – вдруг догадка озарила ее – ей все еще нужно соткать полотно! Вроде бы история с полотном не выдумка и не сон! Значит, с ней действительно происходило что-то необычное! Но действительно ли сегодня рано утром состоялся разговор с ткачихой? Быть может, это тоже был сон?
К счастью, Стю могла это проверить – ей всего-то и нужно было вернуться в ту тайную каморку, в которой она начала ткать спасительное полотно. Все вещи должны были остаться на местах. Съедаемая отчаянием и грустью, но подгоняемая надеждой, она выскочила с кухни, а после и из дома Принца и помчалась обратно в цех.
Принц же, в свою очередь, опомнился от своих грустных мыслей, лишь когда хлопнула входная дверь и в доме он остался один. Грусть сменилась недоумением. Ему подумалось, что зря он не выслушал Стю. Догонять он ее не стал, но сел за стол и принялся допивать кофе.
*
Стю не без труда нашла каморку. Она блуждала по темным коридорам жилой пристройки, пытаясь восстановить вчерашний путь. Сегодня пристройка ей казалась огромным замком со множеством пустынных коридоров и дверей – все жительницы находились в цеху. Чем дальше она шла, тем больше сомнений в существовании каморки у нее появлялось.
Но когда девушка уже отчаялась найти дверь и развернулась, чтобы вернуться к себе в комнату, на глаза ей попалась серая, почти в тон стене дверца. Не давая себе времени на раздумья и сомнения, Стю толкнула ее.
В полумраке, освещаемый лишь светом, исходившим из открытой двери, в центре небольшой комнаты стоял тот самый старинный станок. Стю заликовала. Первым делом она зажгла все лампы, осветив место работы. После чего плотно и на замок закрыла дверь. На столике возле станка уже лежали мотки выбранной ею пряжи. Стю подошла к шкафу, где хранились нити, – она хотела удостовериться, хватит ли их ей. Поразмыслив перед стеллажами пряжи, Стю выбрала еще один оттенок серого для основы, после чего заправила основу и челнок и приступила к работе.
Она привела станок в движение, он нехотя от старости заскрипел, засопел и в конце концов сдвинулся. Первых несколько раз челнок пролетел между нитями без проблем, создав узкую полоску темного полотна. А после… а после Стю впала в ступор и нерешительность. Затея показалась ей глупой и более того невыполнимой. Она не знала, какой узор ей ткать. А может, ей сменить нити? Да и с чего она взяла, что у нее получится какое-то волшебное полотно, которое будет способно ее укрыть от неопределенной опасности? Да, опасности она не ощущала совершенно.
Она закрыла глаза и стала вспоминать недавние события: картинную выставку, разговор со старейшиной, сон с Шутом и разговор с Принцем. Она не хотела. Она яростно не хотела оставаться на этом месте и, возможно, даже в этом мире. Она нестерпимо захотела в волшебные миры. Она невыносимо захотела отсюда сбежать и снова почувствовать себя сильной и смелой, снова оказаться в высших мирах рядом с Шутом. «Нет, имя Шут ему не подходило. У него должно быть другое имя», – думалось Стю.