— Селестина, твоя мама выбирала это имя с нежностью и любовью. Фамилию, к сожалению, я не знаю. Так как она вышла замуж во второй раз уже в другом мире, — он хмурился. Было видно, что он до сих пор испытывал к маме сильные чувства.
— Айльтрейна, — произнесла я тихо, но с грустью в голосе.
Мужчина посмотрел на меня с удивлением, но затем его лицо смягчилось.
— Твоя мама всегда была особенной. Она знала, что ты особенная, — он сделал паузу, словно вспоминая что-то важное. — Я рад, что ты здесь, Селестина. Теперь начинается твоя настоящая жизнь.
Он снова улыбнулся, и его глаза засияли ещё ярче. Я почувствовала, как тепло его рук передаётся мне, и в этот момент я поняла, что всё это время искала ответы, которые теперь были передо мной.
— Пойдём, — сказал он, предлагая мне руку. — Я покажу тебе наш дом.
Всё было обычно, но и в то же время необыкновенно. Мы шли недолго. Карета стояла у маленького кустика. Я привыкла к машинам, и в нашем мире не было такого. Это уже прошлый век. Кучер подал руку, чтоб я села.
Мы сели в карету, и я почувствовала себя как в сказке. Лошади мягко ступали по мостовой, цокот копыт сливался с шумом города, создавая неповторимую атмосферу. Внутри кареты было уютно, несмотря на прохладное утро. Мягкие подушки под спиной и легкое одеяло на коленях добавляли комфорта. Я смотрела в окно, наблюдая, как за стеклом пролетают городские улицы. Карета ехала недолго, но за это время я успела заметить множество деталей: бежевые домики с черепичными крышами, светло-коричневые магазины с витринами, украшенными цветами, и редкие прохожие, спешащие по своим делам.
Когда мы въехали в город, его краски не поражали яркостью, но в этом была своя особая прелесть. Всё вокруг казалось естественным и гармоничным. Городские улицы были вымощены камнем, а тротуары украшены небольшими клумбами с цветами. В воздухе витал легкий аромат выпечки и свежескошенной травы.
Мы остановились у большого дома, который выглядел величественно. На фасаде красовался герб с изображением двух орлов, держащих в лапах корону. Карета плавно остановилась у массивных дверей, и кучер ловко спрыгнул с козел, чтобы открыть их для нас. Я вышла из кареты, чувствуя, как холодный ветер обдувает лицо.
Мужчина, который сидел рядом со мной, вышел следом. Он был высоким и статным, с благородной осанкой и уверенным взглядом. Его темно-синяя куртка и брюки выглядели дорого и элегантно, а на голове красовалась шляпа с широкими полями.
— Дорогая, я буду рад, если ты будешь меня называть папой, — сказал он мягким, но уверенным голосом. — Но я совсем не настаиваю. Я понимаю, что ты не знаешь меня. Но твоя мама должна была рассказать тебе всё, когда тебе было 16 лет. А я вижу, что ты вовсе не ожидала такого поворота событий.
Я посмотрела на него с грустью, но не стала возражать. В его словах была правда. Я действительно не знала этого человека, но понимала, что он говорит искренне.
— Признаюсь, это правда, — тихо сказала я, отводя взгляд. — Но я уже взрослая и могу понять всё, что происходит. Но мне нужно время, чтобы привыкнуть к этому новому миру и этой новой жизни.
Он улыбнулся, и в его глазах мелькнула теплота.
— Хорошо, — сказал он. — Я хотел тебе сказать, чтобы ты не беспокоилась об отчиме. Он уже давно всё знал. И поэтому всё принял быстро.
Я вздохнула с облегчением. Теперь, когда я узнала, что отчим в курсе происходящего, мне стало спокойнее.
— Я рада, что он не будет по мне скучать и переживать, — сказала я, глядя ему в глаза. — Это лучше, чем ничего не знать.
Он кивнул, и мы направились к дому. Я шла рядом с ним, чувствуя, как внутри меня всё ещё бушует смесь эмоций: удивление, грусть, надежда. Но я старалась держать себя в руках, понимая, что впереди меня ждёт много нового и неизвестного.
Когда мы подошли к двери, мужчина открыл её передо мной. Я шагнула внутрь, и передо мной открылся просторный холл с высокими потолками и мраморным полом. В воздухе витал аромат дорогих духов и свежей выпечки. Я остановилась, оглядываясь вокруг, и почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Это был новый дом, новая жизнь, и я знала, что мне предстоит многое узнать и понять.
Я переступила порог и оказалась в просторном холле, где высокие потолки создавали ощущение безграничного пространства, а мраморный пол отражал мягкий свет, проникающий через огромные окна. В воздухе витал аромат дорогих духов и свежей выпечки, который смешивался с запахом древесины и полированного металла. Я замерла, впитывая каждую деталь: массивные колонны, украшенные резными узорами, роскошные люстры, свисающие с потолка, и изысканную мебель, расставленную вдоль стен.