Я осторожно открыла дверь и вошла внутрь. В уборной было темно, но мои глаза быстро привыкли к полумраку. Я подошла к раковине, чтобы умыться, и посмотрела на своё отражение в зеркале. Моё лицо выглядело бледным, а глаза — испуганными. Я попыталась успокоиться, но чувство тревоги не покидало меня.
Когда я закончила умываться, я услышала шаги за дверью. Моё сердце замерло, а затем снова начало биться, как бешеное. Кто-то был снаружи, и я не знала, что делать. Я осторожно подошла к двери и прислушалась. Шаги были медленными и тяжёлыми, как будто человек шёл с трудом.
Я попыталась открыть дверь, но она оказалась заперта. Я начала паниковать. Что делать? Кто это? Я снова услышала шаги, и на этот раз они были ближе. Я почувствовала, что мои ноги дрожат, и я не могу стоять на месте. Я упала на колени и прижалась к двери, пытаясь спрятаться.
Дверь внезапно открылась, и я увидела того самого мужчину, которого видела в коридоре. Его зелёные глаза были такими же холодными и пронзительными, как и раньше. Он молча смотрел на меня, и я не могла отвести взгляд. Его присутствие было настолько сильным, что я чувствовала, как воздух вокруг меня становится тяжёлым и душным.
— Ты не должна была здесь быть, — сказал он наконец, его голос был низким и глубоким, как будто он говорил из самой глубины своей души.
Я не знала, что ответить. Я чувствовала, как мои губы дрожат, а в горле пересохло. Я хотела что-то сказать, но слова застряли в горле.
— Кто ты? — прошептала я, наконец собравшись с духом.
Мужчина улыбнулся, но его улыбка была холодной и пугающей.
— Я тот, кто знает больше, чем ты можешь себе представить, — ответил он, и его голос стал ещё ниже. — Но сейчас тебе лучше уйти.
Он сделал шаг вперёд, и я почувствовала, как моё сердце сжалось от страха. Я хотела убежать, но не могла пошевелиться. Я стояла на коленях, прижавшись к двери, и смотрела на этого загадочного мужчину, который казался мне воплощением самой тьмы.
— Пожалуйста, уходи, — прошептала я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.
Мужчина ничего не ответил. Он просто развернулся и ушёл, оставив меня одну в тёмной уборной. Я осталась сидеть на полу, чувствуя, как дрожь пробегает по моему телу. Кто он? Что он хотел? Эти вопросы крутились у меня в голове, пока я не потеряла сознание.
Я осторожно выглянула из-за угла, убедившись, что он действительно ушел. Его силуэт растворился в полумраке коридора, оставив за собой лишь слабый запах одеколона и ощущение тревоги. В воздухе витал легкий аромат жасмина, смешанный с металлическим привкусом металла, который, казалось, навсегда въелся в стены этого здания. Я медленно поднялась на ноги, чувствуя, как сердце все еще колотится в груди. Каждый удар был громче предыдущего, словно оно пыталось вырваться из груди и убежать от того, что произошло.
Не раздумывая больше, я направилась в библиотеку. Шаги эхом отдавались в пустых коридорах, и каждый звук казался мне громче обычного. Стены, украшенные старинными фресками, смотрели на меня с молчаливым укором. В этих коридорах, казалось, скрывались тени прошлого, которые не давали мне покоя. Я шла, стараясь не смотреть на портреты, висящие на стенах, боясь увидеть в них лица тех, кто мог знать больше, чем я.
В библиотеке царил полумрак. Свет от одинокой лампы, стоявшей на столе у окна, едва пробивался сквозь тяжелые шторы, создавая причудливые тени на полу. Я подошла к дивану, на котором спала Алиеса, и остановилась, глядя на нее. Ее лицо было бледным, а темные круги под глазами говорили о том, что она не спала уже несколько дней. В ее волосах запутались нити света, словно она была пленницей этого мрака. Я аккуратно коснулась ее плеча, стараясь не разбудить резко.
— Алиеса, проснись, пожалуйста, — тихо прошептала я.
Ее дыхание стало ровным, и я почувствовала, как мое сердце сжалось от тревоги. Я боялась, что она не проснется, что этот сон навсегда унесет ее в мир, из которого я не смогу ее вернуть. Но через мгновение она медленно открыла глаза. В ее взгляде я увидела смесь усталости и вины. Она посмотрела на меня, будто не узнавая, и на мгновение я испугалась, что она не помнит, кто я.
— Что случилось? — спросила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри меня бушевал ураган эмоций.
Она подняла голову и посмотрела на меня, ее взгляд был полон сочувствия и понимания. Я видела в ее глазах отражение своих собственных страхов и сомнений.