Эрдан бесшумно обошел меня, оказываясь лицом к лицу. Его пальцы с холодной решимостью легли на мой подбородок, заставляя закинуть голову и встретиться с ним взглядом. Большой палец невесомо, на грани фола, скользнул по моей нижней губе, словно проверяя её на мягкость.
— И откуда у юной девы такие глубокие познания о чужих желаниях? — в его голосе явственно зазвенел опасный, предупреждающий лед.
Я со злостью дернула головой, отталкивая его руку и делая широкий шаг назад. Мне катастрофически не хватало кислорода.
— Вы забываетесь, сэр ректор! Я прекрасно слышала её «случайный» шепот, который, уверена, предназначался для моих ушей. И больше не смейте ко мне прикасаться. Я не давала вам звания своего покровителя или близкого друга.
Его глаза опасно сузились, превратившись в две ледяные щели, но он промолчал. Напряжение между нами стало настолько плотным, что его, казалось, можно было резать ножом. В его застывшем взгляде на долю секунды мелькнуло что-то похожее на хищное удивление… и уязвимость. Но это чувство тут же исчезло, оставив меня один на один с ощущением полной беззащитности. Я не могла оторвать глаз от его лица.
Резко развернувшись на каблуках, я почти бегом бросилась к высоким дверям, мечтая только об одном — скрыться в темноте ночи.
Выскочив из душного зала, я оказалась в длинных, тонущих в полумраке галереях особняка. Редкие настенные свечи едва разгоняли густые, колышущиеся тени. Эхо моих шагов гулко разлеталось под сводчатыми потолками, но мне было плевать. Я шла как в бреду, пытаясь унять клокочущую внутри бурю. В ушах навязчивым рефреном стучали слова Эрдана. Его ледяной тон, его пальцы на моих губах… Казалось, этот человек заглянул в самые потаенные уголки моей души и оставил там свой несмываемый, морозный след.
Я рванула на себя массивную дубовую дверь, ведущую в закрытый господский сад, и вывалилась на свежий воздух. Лунный диск, пробиваясь сквозь кружевную листву столетних деревьев, заливал дорожки причудливым серебряным светом. Я сделала глубокий, судорожный вдох, молясь, чтобы ночная прохлада выжгла из мыслей образ ректора.
Но покой не приходил. Напротив, вдали от человеческой суеты одиночество и страх навалились с новой силой. Я бессильно опустилась на резную каменную скамью под раскидистым вековым дубом, спрятав лицо в ладонях. За что Эльнара возненавидела меня? Я ведь физически не могла сделать ей ничего плохого за те пару дней, что нахожусь здесь! Но её взгляд, сочащийся чистым, концентрированным ядом, пугал до усрачки.
— Селестина… — тихий, вкрадчивый голос соткался из ночной тишины прямо за моей спиной.
Я подпрыгнула на месте, оборачиваясь. Из густой тени дерева, залитый мертвенным лунным светом, неспешно вышел Эрдан. Его появление в пустом саду было подобно внезапному удару грома.
— Что… что вам опять нужно? — я изо всех сил цеплялась за остатки самообладания, хотя внутренности скрутило узлом от страха.
Он сделал еще один шаг. Луна безупречно осветила его хищные черты лица. В глазах, казалось, зажглись два фосфорических огонька.
— Я всего лишь хочу понять одну вещь… почему ты так отчаянно ненавидишь меня, девочка? — его низкий, бархатный голос вибрировал скрытой угрозой.
Я нахмурилась, пятясь к краю скамьи:
— Я не понимаю, о чем вы говорите. Какая ненависть? Вы мне безразличны. И я просто не понимаю, какого черта вы преследуете меня в моем собственном доме.
— Ты лжешь, — отрезал он, и его тон стал жестким, как удар плашмя. — Я видел твой взгляд там, на паркете. В нем не было безразличия. В нем горели чистая ненависть и презрение. К силе, ко мне, к Академии.
Горячая кровь волной ударила в лицо, обжигая щеки.
— Это неправда! — мой голос предательски сорвался на высокой ноте. — Я просто… я не понимаю, чего вы от меня хотите!
Уголок его порочных губ презрительно дернулся вверх. Усмешка вышла мертвой, леденящей.
— Чего я хочу? — переспросил он, словно катая слово на языке. — Или, может быть, дело в другом, Селестина? Может быть, ты просто до смерти меня боишься?
— Боюсь?! Вас?! — я невольно перешла на крик, вскакивая со скамьи. — Не смешите меня! Ваше высокомерие и постоянное присутствие просто… глубоко меня раздражают!
Эрдан мгновенно сократил расстояние между нами. Его высокая, массивная фигура нависла надо мной, буквально подавляя своей тяжелой, давящей аурой.
— Тогда почему ты каждый раз трусливо убегаешь, едва я приближаюсь? — прошептал он прямо мне в лицо, и в этом шепоте явственно послышался приговор.
Позвоночник сковало стужей.
— Потому что я не обязана тратить свое время на разговоры с вами! — я попыталась оттолкнуть его, но он даже не шелохнулся. — Оставьте меня в покое!