Я выглянула в полутемный коридор. Вдалеке действительно слышались размеренные, чеканные шаги ректора. Зажмурившись и собрав остатки смелости, я размахнулась и бросила кружевной комок в щель закрывающейся двери, после чего пулей отскочила назад в зал.
Секунда. Две. Три.
Шум в нашей нише стих. Двери Большого зала медленно, со зловещим скрипом распахнулись.
На пороге стоял ректор Эрдан. Его черное пальто поглощало свет, а взгляд ледяных глаз сканировал притихших студентов. А в правой руке, брезгливо зацепив двумя длинными пальцами, он держал мою кружевную деталь гардероба.
Зал погрузился в мертвую, звенящую тишину. У меня перехватило дыхание.
— Это что, — голос Эрдана прозвучал обманчиво мягко, но от этого тона мороз продрал по коже, — какая-то новая, бесконечно интеллектуальная традиция? Или попытка взять меня в заложники?
Он медленно прошел в зал. Его взгляд безошибочно нашел меня в толпе. Скрывать что-либо было бесполезно — мое лицо наверняка пылало ярче факультетских знамен. Понимая, что терять уже нечего, я шагнула вперед, вскинув подбородок.
— Да, магистр Эрдан, — стараясь, чтобы голос не дрожал, произнесла я. — Это... интеграционная традиция первокурсников на сплочение.
Кто-то из старшекурсников не выдержал и сдавленно прыснул. Это стало искрой: напряжение лопнуло, и зал взорвался хохотом и аплодисментами. Я сама едва не рассмеялась от абсурдности ситуации.
Эрдан не улыбнулся, но в уголках его губ дрогнула опасная, сардоническая усмешка. Он шагнул ко мне и изящным, почти небрежным жестом бросил кружево мне прямо в руки.
— Весьма... смелый образовательный подход, адептка Селестина. Возможно, нам стоит обсудить ваши «методы интеграции» на завтрашнем дисциплинарном совете? — его тон был пропитан ледяной иронией. — Уверен, профессура будет заинтригована.
Смех вокруг стал громче, но в нем уже не было издевки. Я поймала игру и, чувствуя невероятный кураж, парировала:
— О, у меня еще много инновационных идей! Например, обязательные танцевальные перерывы между лекциями по алхимии! Это снизит риск взрывов от переутомления!
Эрдан смерил меня долгим, нечитаемым взглядом.
— Напишите об этом трактат, — сухо посоветовал он. — А пока рекомендую сосредоточиться на учебе. Ваше пари всё ещё в силе, леди. И если вы проиграете, расплачиваться будете не кружевами.
Резко развернувшись, ректор покинул зал, оставив после себя шлейф озона и запах холода. Как только двери за ним закрылись, меня оглушили радостные крики. Меня хлопали по плечам, Лерен бросилась мне на шею, смеясь до слез. Этот безумный поступок окончательно растопил лед между мной и остальными.
Когда суматоха улеглась и мы вернулись к игре, Лерен, вытащив "действие", с радостным воплем забралась на кресло и прокричала на весь зал, что она — истинная Королева вечеринки.
Позже, когда игра перешла к более спокойному темпу, я снова вытянула свой ход. В этот раз я выбрала «правду».
— Какой твой самый безумный, потаенный страх? — спросила Мира, серьезно глядя мне в глаза.
Шум вечеринки отошел на задний план. Я посмотрела на лица людей, которые еще вчера были для меня чужими, а теперь смотрели с искренним вниманием.
— Больше всего... — я сделала глубокий вдох. — Я боюсь, что никогда не смогу по-настоящему найти свое место. Боюсь, что моя сила так и останется проклятием, и я навсегда останусь чужой — и в обычном мире, и здесь.
На мгновение воцарилась теплая, понимающая тишина. Никто не смеялся. Лерен придвинулась ближе, соприкоснувшись со мной плечом.
— Но теперь я понимаю, — мягко добавила я, чувствуя, как уходит напряжение последних недель, — что дом — это не место. Это люди. И, кажется, я начинаю его обретать.
Мира улыбнулась и подняла свой кубок.
— За тех, кто не боится быть собой. Даже если для этого приходится кидаться бельем в ректора!
Мы радостно чокнулись. В этот момент, слушая смех друзей и чувствуя магию, пронизывающую эти древние стены, я точно знала: впереди нас ждет множество испытаний, но я больше не боюсь смотреть им в лицо.
Глава 13. Вечер Дружбы: Начало Академической Саги
Время летело незаметно, растворяясь в пульсирующем ритме музыки и звонком смехе. К полуночи магические сферы под высоким потолком сменили свой яркий неоновый свет на мягкий, обволакивающий ультрамарин, имитируя звездное небо.
С каждой новой шуткой, с каждым разделенным секретом я чувствовала, как между нами плетется незримая, но прочная сеть. Мы больше не были кучкой испуганных незнакомцев, случайно оказавшихся в одних стенах. Мы становились единым целым — настоящим братством Академии.