Выбрать главу

— Что это было? — ошарашено спросил Ник.

— Земля с кладбища, — ответил Теон, подавая парню руку и помогая встать.

— А ты не мог сделать так со всеми?! — возмутился Ник, оценив эффективность такого простого, на его взгляд, приема.

Маг усмехнулся:

— Думаешь, я мешки земли с собой таскаю?

У Ника промелькнула мысль, что надо было бы поблагодарить Теона за спасение, но не мог себя заставить.

— Раин там один, — вместо «спасибо» сказал он.

— Я послал к нему Серого.

— Да толку-то от него, — отмахнулся Ник, подбирая меч и направляясь на подмогу северянину.

Однако, подбегая, Фос видел, что его помощь уже не нужна. Раин стоял среди трупов, тяжело опираясь на меч, а возле него был Серый. Они о чем-то разговаривали, но завидев Ника, замолчали.

— Ты ранен? — спросил Фос, глядя на промокшую от крови правую штанину, на которой был длинный порез.

— Ногу задели, — с досадой сказал Раин. — Меня больше беспокоит, что одному удалось уйти.

— Ну и пусть драпает, — пожал плечами Ник. — Главное, что все остались живы.

Раин морщась от усталости и боли, покачал головой.

— Он не просто так ушёл. Доложит нанимателю, что произошло.

— Или побоится показаться ему на глаза, — предположил Ник.

— В любом случае, лорд Гасел скоро узнает, что нападение провалилось. Надо уходить.

— Ты сейчас далеко не уйдешь, — сказал подошедший Теон. — Рана глубокая, нужно обработать и где-то переждать.

— У меня идея получше, — прервал его Ник, глядя на лошадь, что из-за застрявшей повозки так и не смогла убежать.

Пока Теон перевязывал раны северянина, Ник и Серый приводили повозку в рабочее состояние. Для того чтобы её поднять, им пришлось выкинуть из неё весь товар, что везли отец с сыном.

— Ну по крайней мере, они смогут найти свои горшки, если надумают вернуться, — хмыкнул Ник.

— Почти все разбились, — хмуро ответил Серый, вертя в руках осколок миски. — Лучше бы мы не встречались им на пути.

— Чем ты не доволен? Мы остались живы, — повторил Ник фразу, сказанную недавно Раину.

Лазутчик вскинул на него серые глаза и Фос понял, что тот злится.

— Ты убил собаку!

Ник вскипел.

— Лучше она, чем мы! Или ты думаешь, что мне было легко? Я в восемь лет подобрал щенка, он рос вместе со мной! Когда я уходил из деревни в училище, Лохматый бежал за мной до тех пор, пока я не отогнал его камнями.

— Учащимся позволяют брать с собой собак, для них есть питомники, — сказал Раин, который подошел, поддерживаемый Теоном на последних словах Ника.

— Благородным. Только благородным разрешают, — ответил Фос и отвернулся.

Повисло неловкое молчание. Ник проверил колеса и осмотрел лошадь.

— Можем ехать.

— Кто сбудет возницей? — спросил Раин.

— Не я. Лошади меня боятся, — усмехнулся Теон.

— Пусть Серый потрудится, он сегодня не очень-то напрягался, а нам после такой драки надо отдохнуть, — сказал Ник и полез в повозку.

Лазутчик безразлично пожал плечами. Через минуту к Фосу присоединились Раин и Теон и вскоре повозка тронулась. Благодаря тому, что места стало больше, северянин смог вытянуть раненую ногу, уже перевязанную магом.

— Как не вовремя, — с досадой проговорил он.

— Могло быть хуже. Рана на плече легкая, а вот с ногой не всё так хорошо. О серьезных физических нагрузках на ближайший месяц забудь, — сказал Теон.

— Вряд ли в нашей ситуации это возможно. Надежда на твои мази.

— Да, они, конечно, лучше лекарьских и заживляют быстрее, но тоже не чудодейственны.

Ник больше не мог слушать какой-то невнятный диалог, словно благородные специально избегали более важной темы.

— Это была засада, — прерывая беседу, сказал он.

Теон и Раин промолчали. Северянин даже не посмотрел на него.

— Это была засада, — четче проговорил Ник, не собираясь откладывать разговор.

— Думаешь, ты один это понял? — наконец взглянул на него Раин. — Они точно знали, где нас ждать и как действовать.

— Тогда ты понимаешь, что это значит.

Ник перевел взгляд с Раина на Теона.

— Среди нас есть предатель. Только мы вчетвером знали, что поедем по западной дороге. Ты ведь, Раин, сказал нам об этом перед самым уходом из молельного дома в той деревеньке.

— И судя по тому, что говоришь это нам двоим, ты считаешь предателем Серого, — предположил северянин.