— Значит, я не в силах вам помочь.
— Хорошо. Прекрасно. Карлос один срывает весь банк. Даже она в выигрыше. В проигрыше остаетесь вы. И ваш сын. Валяйте, звоните в полицию, потом суйте себе дуло пистолета в рот и сносите к чертовой матери свою башку! Давайте! Именно этого вы хотите! Выйти из игры, лечь и умереть! Больше вы ни на что не годитесь! Старик, хнычущий от жалости к самому себе! Старик! Видит Бог, вы не чета Карлосу. Вам не равняться с человеком, который подложил на улице Бак пять динамитных шашек и взорвал вашего сына…
— Прекратите. Говорю вам, прекратите! — Руки Вийера дрожали, затряслась и голова.
— Говорите? То есть приказываете? Старикашка в кителе с медными пуговицами отдает приказы? И не подумаю. Я не слушаюсь таких, как вы. Ничтожество! Да вы в подметки не годитесь тем, с кем боретесь. Те, по крайней мере, делают, что обещают, и поджилки у них не трясутся. А вы нет! У вас за душой одни слова. Пустые слова. Банальности. Ну так ложитесь и подыхайте! И не смейте мне приказывать.
Вийер вскочил и, дрожа от ярости, закричал:
— Я сказал вам, хватит!
— Мне плевать на то, что вы сказали! Я с первого взгляда раскусил вас. Карлос помыкает и будет помыкать вами всегда. Вы были его холуем при жизни и останетесь после смерти!
Лицо старого солдата исказила гримаса боли. Несколько театральным жестом он вытащил из кармана пистолет, но в голосе его звучала настоящая угроза:
— Я убил за свою жизнь немало людей. При моей профессии это, как ни жаль, было неизбежно. Я бы не хотел убивать вас, но буду вынужден сделать это, если вы не прекратите пренебрегать моей волей. Оставьте меня. Ступайте прочь.
— Восхитительно! Мозг Карлоса, похоже, напрямую управляет вами. Вы убьете меня, и Карлос срывает банк! — Джейсон сделал шаг вперед. Это было первое его движение с той минуты, как он вошел в комнату. Борн увидел, как расширились глаза старого генерала. Пистолет в руке Вийера подрагивал, и тень его колебалась на стене. Одно легкое нажатие пальца — курок будет спущен, и пуля найдет цель. Ибо несмотря на чудовищное напряжение минуты, рука, сжимавшая пистолет, умеет обращаться с оружием и не дрогнет в нужный миг. Если только такой миг настанет. Борн вынужден был пойти на этот риск. Без Вийера все его усилия пропадут впустую. Старик должен был это понять.
— Ну же! Стреляйте! Убейте меня! — внезапно закричал Борн. — Исполняйте приказ Карлоса! Вы ведь солдат. Приказ есть приказ. Его нужно выполнять!
Руки Вийера заходили ходуном, костяшки пальцев, сжимающих оружие, побелели. Дуло пистолета поднялось, нацелившись прямо в голову Джейсона. И вдруг старый солдат прошептал:
— «Вы солдат… прекратите… немедленно…»
— Что? — переспросил Джейсон.
— Я солдат. Это мне сказал недавно человек, который вам дорог, — тихо произнес Вийер. — Она устыдила старого бойца, напомнив ему, кто он такой… кем был раньше. «Вы великий человек. Я верю в это…» У нее достало милосердия, доброты сказать мне это. Ей говорили, что я великий человек, и она поверила. Она ошиблась. Господи, как она ошиблась! Но я постараюсь. — Андре Вийер опустил руку, сжимающую пистолет, подчинившись с достоинством. С достоинством солдата. Великого человека. — Что я должен для вас сделать?
— Вынудить Карлоса лично отправиться за мной. — Борн перевел дух. — Но не здесь, не в Париже. И даже не во Франции.
— Где же?
— Вы можете помочь мне выехать из страны? Я вам объясню: меня разыскивают. Мое имя и словесный портрет переданы службам паспортного контроля по всей Европе.
— Вас разыскивают по ошибочному обвинению.
— По ошибочному.
— Я верю вам. У меня есть возможность это устроить. Точнее, у военного советника, который сделает все, о чем я его попрошу.
— Невзирая на фальшивые документы? И не спрашивая причин?
— Моего слова будет достаточно. Я это заслужил.
— Еще один вопрос. Ваш помощник, о котором вы говорили, — вы доверяете ему? Действительно доверяете?
— Я бы вверил ему свою жизнь.
— А чужую жизнь? Жизнь человека, который, как вы верно заметили, мне очень дорог.
— Разумеется. Но в чем дело? Вы хотите уехать без нее?
— Я вынужден. Она бы меня не отпустила.
— Вы должны ей как-то объяснить…
— Конечно. Скажу, что ухожу в подполье здесь, в Париже. Или в Брюсселе. Или в Амстердаме. В городах, где действует Карлос. Но ей обязательно нужно уехать. Нашу машину нашли на Монмартре. Люди Карлоса обшаривают каждую улицу, каждую квартиру, каждый отель. Теперь мы работаем с вами в паре. Ваш помощник вывезет ее в провинцию. Там она будет в безопасности. Так я ей объясню.