С яростью в глазах, он снова развернулся и пошёл обслуживать гостей у барной стойки. Кора, воспользовавшись моментом, схватила Лоа за локоть и, отведя её в сторону, тихо прошептала:
— Нет, я не понимаю, почему наш босс такой козел. Обязательно надо испортить настроение. И почему твой бывший не может оставить тебя в покое?
— Мужчины — это зло. И это не изменишь, — также тихо ответила Лоа и направилась обслуживать своих новых гостей, стараясь не выдать волнения.
Краем глаза она заметила, как её бывший следит за каждым её движением, и от этого внутри всё сжималось. Как она вообще могла быть с ним? Он был плохим парнем во всех отношениях: брутальный, дерзкий и чертовски привлекательный. Секс с ним был чем-то нереальным, хотя сравнить Лоа было не с чем. До него её жизнь была довольно спокойной, даже скучной, если быть честной.
Они были вместе почти два года — два года сумасшествия и бурной жизни, наполненной скандалами, страстными примирениями и болезненными расставаниями. Тогда Лоа казалось, что именно так выглядит настоящая любовь. Но когда он бросил её ради другой, Лоа вдруг почувствовала облегчение, словно сбросила тяжелый груз с плеч. Дышать стало легче. Теперь она понимала: больше никогда не позволит собой манипулировать. Чувства давно угасли, но обида за потерянное время осталась.
Теперь он приходил сюда, испепеляя её своим взглядом. Чего он добивается? Вопрос, который Лоа задавала себе каждый раз, когда видела его, так и оставался без ответа. Единственное, что она знала точно — больше она не позволит ему испортить ей жизнь.
— Лоа, отнеси пиво за третий столик, — вдруг попросил Джо, и его голос прозвучал так, словно он наслаждался возможностью ещё раз ей насолить.
— Но это не мой столик, — возразила она, стараясь держать себя в руках.
— Правильно, это столик Никки, которая вместо своих столов должна обслуживать твои, — с усмешкой произнёс Джо. — Теперь будь добра, оторви свою задницу от барной стойки и отнеси пиво.
— Да, босс, — процедила Лоа сквозь зубы, смерив его недобрым взглядом, и схватила две большие кружки с пивом.
Подходя к столу, она услышала едкий смешок за своей спиной. Повернувшись на звук, девушка сразу поняла, от кого он исходил — её бывший и его новая девушка уже принялись обсуждать её.
— Как ты мог с ней вообще трахаться? Она же стремная, — громко произнесла новая подруга её бывшего, пытаясь унизить Лоа своим язвительным тоном.
Лоа на мгновение застыла, но злость взяла верх. Она подошла ближе, не обращая внимания на попытки Никки отвести её в сторону.
— Прости… — Лоа склонилась чуть ближе к столу, её голос звучал спокойно, но остро, как лезвие ножа. — Если кто и стремный здесь, так это ты.
— Что ты сказала?! — девушка вскочила со стула, начиная повышать голос. Её лицо исказилось от злости, но Лоа стояла уверенно, не собираясь отступать. У неё больше не было сил терпеть унижения — ни от бывшего, ни от его новой пассии.
— У тебя ещё и дефект слуха? — усмехнулась Лоа, не скрывая своей издевки, и перевела взгляд на своего бывшего. — Где ты её такую нашёл?
— Ты! Дрянь! — завизжала девушка, её лицо исказилось от ярости. Она резко вскочила, явно намереваясь наброситься на Лоа, но та оказалась быстрее.
Не раздумывая, она схватила одну из кружек с пивом, которую только что принесла гостям.
— Простите, — быстро пробормотала она, прежде чем выплеснуть холодную жидкость прямо в лицо своей соперницы. В ресторане воцарилась напряжённая тишина, нарушаемая только шипением мокрой одежды и криком шокированной девушки.
— Лоа! Быстро в мой кабинет! — голос Джо прогремел на весь ресторан, заставляя всех обернуться.
Лоа знала, что это конец. Все свои двадцать два года жизни она задавала себе вопрос: почему её назвали таким странным именем? Своих родителей она едва помнила: они погибли в автокатастрофе, когда Лоа было всего два года. Она выросла в приюте, где её детство сложно было назвать счастливым — постоянные насмешки и издевательства от других детей сделали её стойкой, но не озлобленной. Лоа всегда мечтала выбраться оттуда как можно скорее и построить свою жизнь.
Через несколько минут она уже стояла в душном кабинете Джо, виновато опустив взгляд в пол и ожидая приговора. Каждая секунда ожидания казалась вечностью, и она чувствовала, как внутреннее напряжение нарастает.