У мачехи рождаются свои дети.
Дети одной стороны имеют тесные эмоциональные контакты со своим биологическим родителем, а у детей другой стороны таких связей так и не возникает. Вполне естественно, что связи мачехи со своими собственными детьми, тем более с дочерьми, были глубже и прочнее тех, которые установились с детьми супруга.
Детям необходимо было чаще находиться со своим кровным родителем, тем более мальчикам в определенном возрасте просто необходимо влияние именно отца, а отец в отъездах. За враждебностью детей их боль и неуверенность в себе не замечены даже отцом. Когда к ребенку нет внимания, любви, он чувствует себя незащищенным, у него развивается комплекс неполноценности, он начинает строить "защитную маску" из того, что ему подвернулось.
Ребят унижает бедная одежда, полушубки, неприятно пахнущие овчиной, что сразу невыгодно выделяет их среди сверстников, "арестантские" шапки как символ палочного семейного воспитания. У них формируется психология жалкого, ничтожного человека. Как следствие могли сформироваться зависть, ненависть и страх. Возникают бунтарские, разрушительные чувства. В отношениях со сверстниками мальчики именно так себя и проявляют.
Братья держатся в своей замкнутой от "чужаков" группе, никому не доверяют, ни с кем не общаются. Этот факт уже сам по себе мог плохо повлиять на развитие их эмоциональной сферы. И не только эмоциональной.
Неудивительно, что с любовью и дружбой у Августа были осложнения. Осложнения могли затрагивать и его сексуальную сферу. Август так разоткровенничался, что разговор перешел и на эту интимную тему. Оказывается, отчий дом Август покинул до смерти отца, женившись на Платониде. Платонида чем-то напомнила Августу родную мать, она была таких же пышных форм, мягкая, теплая.
Но потом Августа больше стал прельщать в женщинах образ мачехи. То, что в детстве Август отмечал как недостаток: "тощая, как щепка", в его сексуальных фантазиях вдруг превратилось в привлекательное качество, стала пленить и женская холодность, даже жестокость.
Свои нереализованные желания Август стал искать в виртуальном мире. Всю жизнь он боялся мира, в котором жил, поэтому был вынужден покидать его, чтобы чувствовать себя в безопасности, что он и делал. Одновременно этот дискомфортный реальный мир был для Августа по-своему привлекательным, поэтому он погрузился в иллюзию реального мира, в мир виртуальный, где он был всесильным, властным, мужественным. Только вот любви этот мир по-прежнему не мог дать, заменяя истинную любовь иллюзией любви, сексом. Притом, виртуальным сексом. К детским проблемам, вероятно, добавились и одиночество, и мода на подобные виртуальные штучки, и боязнь СПИДа, и, возможно, возникшая как следствие увлечения виртуальным сексом, неспособность к реальному сексу.
В этом виртуальном сексе Август оказался бабником. Он привел мне несколько случаев, позволяющих сделать такие выводы. После того, как он закончил описания своей жизни в отчем доме, он оставил старинный стиль повествования, которым до этого столь активно пользовался и перешел к модному сейчас стилю разухабистого крутого парня, здорово просекающем во всех компьютерных делах. Поскольку в таком духе он со мной уже вел беседу, это не вызвало моего удивления. Он рассказал мне, как однажды пригласил в чат-комнату свою любовницу. Предварительно создал там интимную обстановку: полумрак, включил приглушенную цветомузыку, ароматизировал чат-комнату запахом восточных благовоний. На стол поставил два бокала с алкогольными коктейлями. Стереофонические экраны размером с каждую из стен, удобное ложе с шелковым бельем - все имело место быть. Он уже помыл шею и разделся. Вдруг его предыдущая виртуальная сожительница начала свои сообщения, обнаружив, что в данный момент Август находится в сети. Когда любовница, которую он ждал, проникла в чат-комнату, то обнаружила, что Август там не один.
Тут-то она примчалась со своей виртуальной скалкой и всыпала ему по самое "не балуйся". Ему пришлось долго отбиваться. Использовал ли в это время Август свою вторую руку для мастурбации - можно только фантазировать.
В другой раз две его компьютерные дамы сердца сравнили свои электронные дневники. Они были бисексуалками и по отношению друг к другу сексуальными партнершами. В одну из своих виртуальных встреч они обменялись сообщениями и наткнулись на некоторые пикантные совпадения. Оказывается, Август одними и теми же словами признавался в любви обеим. Они сообщили об этом происшествии в женский электронный клуб.
Отозвались еще такие же две жертвы Августа, и за компьютерным Казановой началась электронная охота. Пришлось всей честной компании прямо из женского клуба хором обратиться в сексуально-психологическую службу, дабы зализать все раны. Правда, реальные то были раны или виртуальные, установлено не было.
После рассказа Августа мне вдруг все стало противно. Да и Саша разревновался. Мой реальный, самый любимый на свете, Сашенька. Если он не мог скрыть внешних проявлений ревности, значит, это было серьезно. К черту этого "врутуалиста", как его обозвал Адриан. Видимо, Адриан предупреждал меня о возможной отрицательной реакции на этого пациента, а может, даже о травмирующем и опустошающем влиянии его на мою психику. "Молодой человек, абсолютно голый с почти таким же выражением лица..." Может ему на том свете виднее?..
Мы с Сашенькой решили поехать на все лето в Завидово. Ему выпадал творческий отпуск, а я вовсе птаха свободная.
Третье явление Белой Дамы, или Конец Света в Завидове
Адриан, да успокоится, наконец, его душа, отгрохал мне прощальный стол, правда, с той же кукурузной диетой, но и это было приятно по сравнению с тем, что мне пришлось отведать в последнем послании клиента. Адрианова "Кукурузиада" была вымыслом не менее любопытным, чем мемуары Августа. И тоже - сплошные метафорические проделки. Переносы во времени, в месте и проч.
Гумилев Николай Степанович Набекрень мы наденем картузы И увидим таинственный берег, Полный трюм золотой кукурузы Привезем из проклятых Америк!
Дефо Даниэль На делянке Робинзона Крузо Аппетитно зреет кукуруза.
Каннибал потенциальный, Пятница, От початков ныне уж не пятится.
Северянин Игорь Васильевич За серебряной оградой - звуки женского блюза, А в таинственном и дивном, отуманенном саду Возвышалась, словно джунгли, королеваКУКУРУЗА, И принцессу в этих дебрях я к любови поведу.
Спасибо тебе, Адриан, за ку-ку-рузку!
***
Ку-ка-реку! - нас разбудил первый завидовский петух. Самый настоящий. Точнее, козловский петух.
Место, куда мы обычно ездили сначала с Адрианом, а потом с Сашей, называлось Козлово. Несколько деревень и поселков, объединенных территорией Завидовского заповедника, условно называлось Завидово, хотя есть и отдельный поселок с таким названием, но именно он к заповедному месту никакого отношения не имеет. Въезд в заповедник простому смертному запрещен. Витя Ринар-Серебряшечкин помог, и нам выписали специальный пропуск. Верно, он и в самом деле умел творить чудеса.
Сняли мы комнатку у бабули.
Спали мы с Сашей по-туристски, на полу. Бабуля была на редкость предприимчивой и впаривала нам все, что только можно было из своего натурального хозяйства:
огурцы, картошку, лук, яйца. Грибы мы ей впаривали. Только бесплатно. В лес старушка не ходила, хоть и родилась и выросла в деревне: очень боялась не волков, но людей. В самом деле, в Завидово злых людей было немало, как рассказывают местные жители. Наверное, их тоже выводят в заповеднике для поддержания экологического баланса.
В Завидовский лес мы всегда ходили спокойно. Очень я любила это место. И не я одна. Облюбовали его еще в сталинские времена. В Козлово была построена правительственная дача. Тут перебывали все руководители нашего государства вместе с иностранными гостями.