– Рада была помочь, – холодно ответила Рейчел.
Стоило Коннору выйти, как Люси повернулась к дочери:
– Кто это был?
– Всего лишь давний знакомый. Очень давний.
– Что-то я его не припоминаю. Он за тобой ухаживал?
– Мама! – Тесс кивнула на Рейчел и лежащие перед ней бумаги.
– Прости! – виновато улыбнулась Люси.
Лиам тем временем уставился в потолок, вытянул ноги и зевнул.
Рейчел обратила внимание на то, что верхняя губа одинаково полная у всех троих: бабушки, матери и ребенка. Это походило на фокус. Благодаря этим припухшим губам все трое казались красивее, чем были на самом деле.
Она внезапно и необъяснимо разозлилась на все это семейство.
– Что ж, если вы подпишете раздел «Аллергии и медикаменты» вот здесь, – сообщила она Тесс, ткнув пальцем в бланк. – Нет, не там. Здесь. То мы, с Божьей помощью, закончим с этим.
Тесс уже вставила ключ в замок зажигания, собираясь ехать из школы домой, когда зазвонил ее сотовый. Она взяла его с приборной панели, чтобы посмотреть, кто там на связи.
Увидев надпись на экране, показала телефон матери.
Та прищурилась, разглядывая буквы, а затем пожала плечами и откинулась на спинку сиденья.
– Ну я же должна была ему рассказать. Я обещала всегда держать его в курсе того, что происходит в твоей жизни.
– Ты обещала ему это, когда мне было десять! – уточнила Тесс.
Она посмотрела на телефон, пытаясь решить, ответить или пусть звонок уйдет на голосовую почту.
– Это папа? – спросил Лиам с заднего сиденья.
– Это мой папа, – пояснила Тесс.
Рано или поздно ей придется с ним поговорить. Почему бы и не сейчас? Она глубоко вздохнула и нажала кнопку.
– Привет, пап.
Повисла пауза. Как всегда.
– Здравствуй, солнышко, – произнес ее отец.
– Как твои дела? – спросила Тесс сердечным тоном, который приберегала для него.
Когда они в последний раз созванивались? Должно быть, на Рождество.
– У меня все замечательно, – уныло ответил отец.
Очередная пауза.
– На самом деле я сейчас в машине с… – начала Тесс.
– Твоя мать рассказала мне… – тут же заговорил он.
И оба замолчали. Обычное мучение. Как бы Тесс ни старалась, ей никогда не удавалось наладить гармоничное общение с отцом. Даже когда они оказывались лицом к лицу, естественного ритма беседы они так и не достигали. Интересно, были бы их отношения менее неловкими, если бы он не разошелся с ее матерью? Она часто об этом задумывалась.
Отец прочистил горло:
– Твоя мать упомянула, что у тебя сейчас… неприятности.
Пауза.
– Спасибо, пап, – отозвалась Тесс.
– Жаль это слышать, – одновременно с ней продолжил отец.
Тесс краем глаза заметила, как мать закатывает глаза, и слегка развернулась к окну машины, словно в попытке защитить своего несчастного, неисправимого отца от насмешек бывшей жены.
– Если я чем-нибудь могу помочь, – предложил отец. – Просто… ну, сама знаешь, звони.
– Непременно, – заверила его Тесс.
Пауза.
– Ну, мне пора, – сообщила Тесс.
– Мне нравился этот малый, – заметил отец.
– Передай, что я отправила ему по электронной почте ссылку на те уроки дегустации вин, о которых рассказывала, – вмешалась мать.
– Тсс, – раздраженно отмахнулась от Люси Тесс. – Ты о чем, пап?
– Об Уилле. Он казался мне хорошим парнем. Впрочем, это вряд ли сильно тебе поможет, да, солнышко?
– Он, разумеется, никуда не пойдет, – пробормотала мать, разглядывая свои ногти. – Даже не знаю, зачем я суечусь. Этот человек попросту не желает быть счастливым.
– Спасибо, что позвонил, пап, – сказала Тесс.
– Как поживает малыш? – одновременно с ней спросил отец.
– У Лиама все отлично. Он как раз рядом. Хочешь…
– Не буду тебя задерживать, солнышко. Береги себя.
И он закончил разговор. Он всегда делал это во внезапном отчаянном порыве, как будто линию прослушивала полиция и ему нужно было скрыться, пока они не отследили его местонахождение – маленький, плоский, лишенный деревьев городок на противоположном конце страны, в Западной Австралии, куда он по загадочным причинам решил переехать пять лет назад.
– Ну что, вывалил на тебя целую груду полезных советов? – уточнила Люси.
– Он сделал все, что мог.
– О, вот уж не сомневаюсь, – с удовлетворением заключила мать.
Глава 8
Так что стену построили в воскресенье. Этот день известен как Воскресенье колючей проволоки. Хотите знать почему? – предложила Эстер с заднего сиденья машины.
Это был риторический вопрос. Конечно же, они хотели.
– Потому что утром все проснулись, а там уже был вот такой вот длинный забор с колючей проволокой через весь город.