– Куда вероятнее, им захочется убить друг друга, – возразила Люси.
Глава 13
Рейчел сидела в исходящей паром горячей ванне, цепляясь за бортики. У нее кружилась голова: глупо было идти мыться, пока она еще навеселе после вечеринки с «Таппервером». Она может поскользнуться, выбираясь наружу, и сломать бедро.
А возможно, это не такая уж и плохая стратегия. Роб и Лорен отменят переезд в Нью-Йорк и останутся в Сиднее, чтобы ухаживать за ней. Посмотрите на Люси О’Лири. Ее дочь примчалась из Мельбурна, стоило лишь ей услышать о сломанной лодыжке. Она даже выдернула сына из мельбурнской школы, что теперь, когда Рейчел об этом задумалась, показалось ей несколько чрезмерным.
Воспоминание о матери и дочери О’Лири подтолкнуло Рейчел к мысли о Конноре Уитби и выражении, появившемся на его лице при виде Тесс. Не предупредить ли Люси?
«Просто к сведению. Возможно, Коннор Уитби – убийца».
А может, и нет. Возможно, он просто симпатичный учитель физкультуры.
Иногда, когда Рейчел видела его с детьми на стадионе, под лучами солнца, со свистком на шее и красным яблоком в зубах, она думала: «Ни за что на свете такой милый человек не мог бы убить Джейни». А затем в другие, более суровые и сумрачные дни, когда она видела его бредущим в одиночестве, с бесстрастным лицом и широкими плечами человека, способного применить силу, она думала: «Ты знаешь, что случилось с моей дочерью».
Она устроила голову на бортике ванны, прикрыла глаза и вспомнила, как впервые услышала о его существовании. Сержант Беллах сообщил ей, что последним, кто видел Джейни живой, оказался мальчик по имени Коннор Уитби из местной средней школы. Рейчел еще подумала: «Не может такого быть, я никогда о нем не слышала». Она знала всех друзей Джейни и их матерей.
Эд запретил Джейни вступать в серьезные отношения до тех пор, пока она не сдаст последний школьный экзамен. Он столько шума из-за этого поднял. Но Джейни не стала спорить, и Рейчел с удовлетворением отметила, что, похоже, ее дочь пока не так уж интересуется мальчиками.
В первый раз они с Эдом встретили Коннора на похоронах Джейни. Он пожал Эду руку и прижался холодной щекой к щеке Рейчел, обмениваясь с ней воздушным поцелуем. Коннор был частью кошмара, такой же невозможной и неправильной, как и гроб. Несколько месяцев спустя Рейчел нашла ту фотографию, где они были сняты вместе на чьей-то вечеринке. Он смеялся над какой-то шуткой Джейни.
А затем, много лет спустя, он устроился в школу Святой Анджелы. Она даже и не узнала его, пока не прочла имя на заявлении о приеме.
– Не знаю, помните ли вы меня, миссис Кроули, – обратился он к ней вскоре после поступления, когда они остались наедине в канцелярии.
– Я вас помню, – холодно сообщила она.
– Я по-прежнему думаю о Джейни, – признался он. – Все время.
Она не знала, что и сказать.
«Почему ты о ней думаешь? Потому что ты убил ее?»
В его глазах определенно читалось нечто похожее на чувство вины. Она это не выдумала. Она пятнадцать лет проработала секретарем в школе. Коннор выглядел как ребенок, отправленный в кабинет директора. Но было ли это сознанием своей преступности? Или что-то иное?
– Надеюсь, вам не доставляет неудобств то, что я здесь работаю, – сказал он.
– Совершенно никаких, – кратко ответила она, и больше они эту тему не затрагивали.
Она подумывала об увольнении. Работа в начальной школе, где когда-то училась Джейни, всегда приносила ей радость, смешанную с горечью. Девочки на тонких, как у Бемби, ножках проносились мимо нее по игровой площадке, и она краем глаза замечала Джейни. В жаркую пору лета она смотрела, как матери забирают из школы детей, и вспоминала давно минувшие летние дни, когда она ходила с Джейни и Робом после школы есть мороженое и их личики сияли. Джейни училась уже в старших классах, когда погибла, так что воспоминания Рейчел о школе Святой Анджелы не были запятнаны горем потери. Так и шло, пока не объявился Коннор Уитби; он ворвался на своем ужасном ревущем мотоцикле прямо в тихие, пастельные воспоминания Рейчел.
В итоге она осталась из чистого упрямства. Ей нравилась эта работа. Почему она должна уходить? И более того, ей почему-то казалось, что ее долг перед Джейни – не убегать и быть готовой к встрече с этим человеком и его виной, в чем бы та ни состояла.
Если он убил Джейни, разве стал бы он устраиваться на работу в то место, где работает ее мать? Разве сказал бы: «Я по-прежнему думаю о ней»?
Рейчел открыла глаза и ощутила твердый сгусток ярости, навеки застрявший у нее в горле, как будто она слегка чем-то подавилась. Все дело было в незнании. В долбаном незнании.