— Сейчас или никогда… — шепчет она.
Пальцы начали двигаться. Механически, будто не она ими управляла. Заполнение данных. Номер карты. Подтверждение. Страница обновляется… И вот — "Ваш билет успешно куплен. Подробности отправлены на электронную почту."
На экране — билет в Баку.
На мгновение весь мир будто застыл.
Она сидела молча, просто смотрела на монитор. Сердце билось с такой силой, что ей показалось, оно отзовётся эхом во всей квартире. Грудь наполнилась тяжёлым воздухом — смесью волнения, страха, восторга, радости, неверия. А потом всё это прорвалось через глаза — слезами.
Но не от горя.
— Я… правда это сделала?.. — прошептала она, едва касаясь губами воздуха.
Она закрыла лицо руками и засмеялась — нервно, облегчённо, почти по-детски. Несколько секунд сидела в полной тишине, а потом встала и начала ходить по комнате взад-вперёд, как будто от избытка энергии не знала, куда себя деть. На щеках блестели слёзы, но в глазах был свет. Чистый, сияющий.
Она взяла свой блокнот, куда записывала расходы и мечты, и крупно написала на новой странице:
"Билет куплен. Я еду. Я правда еду."
С замиранием сердца она открыла чат с Эмиром, уже привычно готовясь написать ему что-то, но… остановилась.
Снова перечитала своё сообщение: «Ты бы хотел, чтобы я прилетела однажды?..»
Он отвечал тогда: «Если бы это произошло, я, наверное, подумал бы, что сплю.»
И она вдруг поняла — она не хочет просто сказать. Не хочет обсуждать детали. Она хочет увидеть его глаза. Увидеть этот момент.
Сюрприз.
Возможно, сумасшествие. Но правильное. Её сердце не спорило.
Она закрыла ноутбук, спрятала билет в надёжную папку и прижала к груди ладони.
— Осталось совсем немного, — прошептала она. — Осталось только дождаться…
И в эти секунды она чувствовала себя не девочкой, не ребёнком, не кем-то, кто ещё только идёт. А человеком, который сделал первый настоящий шаг в свою жизнь.
ее переполняло эмоции, на ее лице это явно сильно отображалось, если бы в этот момент кто-то был рядом с ней он бы спросил нету ли у неё температуры
****
Вечером, когда за окнами уже начинало синеть небо, и квартира наполнялась уютной тишиной, Кира решила, что момент настал. Сердце стучало в груди так громко, будто оно знало: за этими словами — граница. Между прошлым и тем, что должно было начаться.
На кухне мама резала яблоки для чая. Вечерний свет из окна мягко ложился на её лицо, делая его немного уставшим, но всё ещё родным, неизменным. Кира подошла ближе, прижала руки к груди — как будто так могла бы удержать от волнения.
— Мам, — начала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я хотела тебе кое-что сказать…
Мама оторвалась от яблок, посмотрела на неё с лёгким вниманием и ожиданием.
— Я… купила билет, — сказала Кира. — В Азербайджан. Хочу съездить к подруге, немного отдохнуть, посмотреть страну… попробовать местную еду. Ну… ты же знаешь, как я увлеклась языком и культурой.
Наступила пауза. В эту секунду, пока мама молчала, Кира казалась себе ребёнком, который играет взрослую жизнь. Но в следующий миг мама просто глубоко вздохнула, чуть нахмурилась — не от злости, скорее от неожиданности — и кивнула.
— К подруге, говоришь? — переспросила она.
— Да… Она там живёт с семьёй, — Кира старалась говорить спокойно. — Я буду у неё. Всё безопасно, и не надолго. Просто хочу увидеть всё своими глазами. Я давно так мечтала.
Мама некоторое время молчала, потом снова вздохнула — чуть мягче.
— Ну… ты и удивляешь. Я не ожидала. Но если ты уверена — хорошо. Только будь осторожна. Береги себя.
— Обещаю, — улыбнулась Кира. В груди отлегло. А в глазах мамы мелькнуло что-то похожее на гордость, спрятанное за беспокойством.
Когда о поездке узнали младшие, начался настоящий праздник.
— Кира! — закричала маленькая сестричка, повисая на её руке. — А ты привезёшь мне куклу? Азербайджанскую! В красивом платье!
— А мне — машинку! Настоящую! — вторил братишка, не отставая ни на шаг.
Кира рассмеялась, прижимая обоих к себе.
— Обещаю. И куклу, и машинку. И что-нибудь вкусное.
— И фотки покажешь? — засияла сестрёнка.
— Конечно.
В ту ночь Кира лежала в своей комнате, глядя в потолок. Она слышала, как за стеной мама возится с бельём, как братик напевает что-то перед сном. Всё было как всегда. И всё — уже иначе.
Она взяла в руки билет и сжала его крепче.
— Остался всего один шаг, — прошептала она.
И сердце затрепетало — не от страха. От надежды.