Спустя еще пол часа, нам удалось выйти к небольшому полю, где уже шел проливной дождь, про который мы забыли. В стороне виднелся следующий участок лесистой местности, который был в несколько раз больше того, где мы только что оставили около двух часов времени. Он был отмечен на карте, которую мы взяли с собой. Назывался он «Муромским», а почему никто уже и не помнил. С обратной стороны он выходил прямо на шоссе, на которое мы в свою очередь собирались выйти, пройдя через него.
Мы стояли, глядя на стену из дождя, не решаясь на рывок до нашей новой цели. Наверное, уже не только я, но и Степка пожалел о том, что мы выбрали не самый лучший день, для сбора гербария. Я уже не верил, что блуждания на природе в такую погоду в итоге пройдут для нас бесследно. Однако дождю не было видно конца и края, поэтому собравшись с силами мы совершили резкий выпад и побежали, что было мочи. Промокнув до нитки, нам все удалось добраться до пределов, так называемого Муромского леса. Под еще более густыми ветвями деревьев, чем теми, что были в прошлом месте, мы удачно укрылись от дождя, который визуально усиливался еще больше. Мы уже изрядно подустали и вывозились в грязи, но прекращать поиски нужных нам элементов не собирались. Вместо это мы сделали по глотку воды, а после и кофе для лучшей бодрости, и трезвого ума, включив фонарь, и взяв пособие продолжили поиски.
Мы сразу заметили разительную разницу между этими участками лесов, если прошлый был преимущественно хвойным, то тут же встречались разнообразные виды деревьев. В первые же пятнадцать минут мы нашли необходимые нам листья, которые были указаны в списке. Это заметно подняло наш дух, воскресив тем самым утерянный несколько часов назад энтузиазм. Кажется, некоторым экземплярам мира деревьев в этих местах было минимум пять веков, но возможно эта цифра была и вовсе вдвое больше. Удивительным фактом было то, что тут практически не было слышно никакого пения птиц, или иных звуков, которые издавали бы животные. Не было видно ни белок, не гнезд птиц, которые в предыдущем участке встречались на каждом шагу.
Мы нашли уже практически все необходимые нам экземпляры флоры, указанные в пособие спустя час блуждания в этом месте, оставалось лишь найти какие-то три вида листьев ольхи, клена и небольшого кустарника, со сложным латинским названием. Но было решено прерваться на перекус, пока мы оба не упали без сил. Нам не удалось отыскать ни одного пенька, такое чувство, что люди сюда вообще не ходят никогда. Даже не было видно, ни одного окурка, пластикового стаканчика или же небрежно брошенной бутылки, что вызывало смешанные чувства.
Решено было сесть где-нибудь под деревом, где земля еще не была совсем сырой от проливного дождя, который даже не думал прекращаться или даже утихать. Мы разделили четыре банки тушенки и два батона хлеба, после чего умолкли на десять минут во время трапезы. Степка, опередив меня, сам первым поднял вопрос о том, не кажется ли мне странным, что в этом лесу нет никаких видимых признаков жизни. Возможно людям и не было резона заходить так далеко, чтобы бухнуть на природе, но озадачивал факт того, что мы не видели птиц или белок. Даже комары, которые заедают в такую погоду словно полностью вымерли, как вид. Я полностью согласился с ним и даже не знал, какую тут можно было выдвинуть теорию на этот счет.
Когда же мы допили все кофе, было решено двигаться дальше, чтобы наконец-то закончить нашу работу. Мы стали заметно уставать и ослабевать, поэтому тяжесть нашего багажа стала ощущаться все сильнее и сильнее с каждым часом. Начал появляться страх просто заблудиться здесь, ведь дело шло к вечеру. Так мы потеряли еще час в поисках недостающих листьев, за это время дождь стал лить еще сильнее, а лес, как на зло начал редеть, отчего мы не могли полностью укрыться от ливня, который преследовал нас вот уже весь день. От образовавшейся грязи, ноги стали проваливаться в рыхлую почву, ходить становилось только тяжелее, а усталость накапливалась, как снежный ком. Мы были готовы свалиться с ног в любой момент. От холода начинала невольно стучать нижняя челюсть, в то время, как в носу начинали скапливаться сопли.