— Я сорву с тебя одежду и заставлю тебя бежать по этой реке в нижнем белье, ты, мошенник.
— Разделите их, — прорычал Ренни и двинулся вперед.
— Пусть они друг друга зарежут, — крикнул Длинный Том. Он и Джонни набросились на Ренни, и началась вторая ссора.
Все это было мальчишеским способом выпустить пар после долгого и однообразного перелета.
Из того места, где Хабеас Корпус вошел в ельник, раздался залп испуганных визгов.
Драка прекратилась. Пятеро мужчин замерли, как будто их окаменело волшебное дыхание.
— Хабеас! — рявкнул Хэм. — Что-то его схватило!
Хэм вскочил на ноги. Схватив свою трость-шпагу, он бросился в сторону, откуда доносились визги Хабеаса Корпуса.
Явное беспокойство Хэма было явным отступлением от его притворного поведения мгновение назад. Оно продемонстрировало то, что знали все люди Дока. Хэм, вероятно, любил Хабеаса Корпуса так же, как и сам Монк.
— Хабеас, наверное, попал в волчью ловушку какого-то парня, — стонал Монк. — Но я думал, что этот хряк умнее.
Они бросились в еловый лес, ударяясь о ветки и пробираясь через подлесок. Снег, сбитый с хвойных веток, падал на них.
Неожиданно они заметили бегущую фигуру. В полумраке среди вечнозеленых деревьев фигура была нечеткой.
— Медведь! — простонал Монк. — Медведь схватил Хабеаса!
— Медведи в это время года спят, — сказал Джонни.
Хабеас все еще визжал. Очевидно, бегущая фигура, которую они видели, несла поросенка.
Пятеро мужчин ускорили шаг. Они забыли взять с собой снегоступы, и идти было трудно.
Монк внезапно наклонился и поднял желтый предмет. Он протянул его другим, чтобы они осмотрели. — Смотрите!
— Кукуруза! — воскликнул Ренни. — Кукурузный початок!
— Человек поймал Хабеаса, — проворчал Монк. — Он использовал кукурузный початок в качестве приманки.
Они продолжили погоню. Однако их добыча, обутая в снегоступы, уходила все дальше и дальше. Об этом свидетельствовали все более слабеющие мольбы Хабеаса. Они пробежали, возможно, четверть мили.
— Черт возьми! — проворчал Длинный Том, погрязший в снегу по шею. — Нам стоит вернуться и взять наши снегоступы.
Это было неоспоримо. Неохотно, но они развернулись. Однако далеко они не ушли.
— Слушайте! — прошептал Монк, остановившись. — Крики Хабеаса становятся громче!
Они напрягли слух. Монк не ошибся, потому что вскоре появился сам Хабеас, все еще визжащий, испытывающий невыразимые трудности в глубоком снегу.
— Он, должно быть, сбежал, — улыбнулся Монк и поднял обрадованного Хабеаса за одно огромное ухо.
Ренни с серьезным лицом смотрел на струйку пара от своего дыхания.
— В этом есть что-то подозрительное, — проворчал он. — Зачем кому-то похищать этого хряка?
Если бы Ренни в этот момент был у большого скоростного самолета, он получил бы визуальное подтверждение своего предположения, что за тем, что только что произошло, стоит что-то зловещее.
Крошечный, жирный мужчина, укутанный в меха, спускался по тропе, которая была проложена по центру реки. Он быстро приближался, стараясь не сходить с тропы. В руках он нес связку винтовок.
Наравне с самолетом мужчина осторожно снял снегоступы. Он пробрался через снег, уже потревоженный Монком и Хэмом во время их драки, и достиг самолета. Он забросил винтовки в кабину.
Среди винтовок особенно выделялась одна, с дорогой и сложной инкрустацией. Это была винтовка Бена Лэйна. Всего было пять винтовок, которые принадлежали группе Бена Лэйна.
Оставив винтовки в кабине самолета, мужчина пробрался обратно к тропе, надел снегоступы и продолжил путь вниз по течению.
— Мне везет, — усмехнулся он. — Они не могут доказать по снегу, что винтовка была подложена. Бон! Хорошо!
Жирный мужчина удалялся от поста конной полиции Снежной горы. Он снова усмехнулся, довольный собой.
— Строам даст мне бонус за эту работу, да! — оптимистично убедил он себя, а затем щедро добавил: — Парень, который схватил свинью и отвлек людей от самолета, может, тоже получит дополнительную плату.
Однажды он остановился, чтобы прислушаться. Он слышал лай собак вдали. Арктическая тишина хорошо передавала звуки, но лай собак был очень слабым. Он доносился из поста конной полиции и означал активность.
— Капитан Стоунфельт направляется к самолету, да, — ухмыльнулся темнокожий. — И какие доказательства он найдет!
Глава 17. РАЗОЧАРОВАНИЕ
В обращении со снегоступами капитан Стоунфельт из конной полиции проявил себя настоящим мастером, которому в снежной стране было мало равных.
Капитан Стоунфельт шел по реке, стараясь изо всех сил. Кулден, который вышел с ним из поста, отстал на полмили.
Увидев самолет, капитан Стоунфельт достал свой служебный револьвер. Он носил его под паркой, где тепло тела не давало холоду разрушить фумарат в патронах.
Он был удивлен, обнаружив самолет пустым. Он быстро поднялся по снежным башмакам и заглянул внутрь. В кабине было довольно темно. Он решил включить свет. Выключатель, как он полагал, находился впереди на приборной панели. Капитан наклонился, чтобы снять снегоступы, готовясь залезть внутрь.
Неожиданно на плечи капитана Стоунфелта обрушился огромный груз. Он был сбит с ног и наполовину погребен в снегу. Снежинки попали ему в глаза, ослепив его. Он дергался и лягался, яростно ругаясь. Служебный револьвер был вырван из его рук, прежде чем он успел выстрелить. После этого его подняли на ноги.
Офицер, плюясь, смахнул снег с глаз, а затем злобно посмотрел на окружающих.
Человек, который схватил его, напоминал огромную, слегка очеловеченную гориллу. Вокруг стояли еще четверо мужчин с угрожающими выражениями на лицах.
Монк и другие, возвращаясь к самолету, приняли капитана Стоунфелта за грабителя с недобрыми намерениями.
— Говори быстрее, свекольный мордашка! — Ренни прорычал на краснолицего офицера конной полиции.
— Вы арестованы, — проворчал капитан Стоунфельт.
— Черт возьми! — взорвался Ренни.
Монк резко наклонился вперед и поднял парку капитана Стоунфельта. Под ней оказался регламентный красный мундир.
— Он из конной полиции! — тихо сказал Монк.
— Будь я суперамальгамирован, — предложил костлявый Джонни.
— Вы все арестованы, — повторил капитан Стоунфельт.
Длинный Том, с сердитым выражением лица, спросил: — За что?
— За похищение Бена Лейна и убийство трех его товарищей, включая конного полицейского, — мрачно ответил красномундирный офицер.
Кулден теперь появился на сцене. Немного позади него шли другие красномундирные солдаты.
Кулден указал обвиняющим жестом на Монка и других.
— Это банда, которая напала на нас! — крикнул он. — Они похитили Бена Лейна и убили остальных.
Ренни зарычал и бросился на Кулдена, который благоразумно отступил.
Прибытие других конных полицейских с наготове винтовками остановило Ренни.
— Это банда, — повторил Кулден с жаром. — Почему бы вам не обыскать их самолет, капитан Стоунфельт? Возможно, вы найдете Бена Лейна или тела — или, может быть, у них там винтовка Бена Лейна.
— Я посмотрю, — проворчал капитан Стоунфельт. Он залез в самолет. В течение следующих нескольких минут он провел тщательный обыск. Затем он высунул голову наружу.
— Здесь нет никаких улик, — заявил он.
Кулден поспешно отвернулся, чтобы его бесстрастное выражение лица не выдало его. Он был ошеломлен. Винтовки Бена Лейна там не было! Кулден был уверен, что его помощник подложил винтовку.
Подойдя к самолету, Кулден сам провел обыск. Когда он вышел, он был действительно очень озадачен. Подложенные улики нигде не было видно. Более того, было очевидно, что пятеро людей Дока Сэвиджа не уносили оружие. Неужели подручные не успели подложить улику?
Кулден слегка задрожал в своей парке, пытаясь найти ответ на этот вопрос.