Капитан Стоунфельт нахмурился. — Ты можешь доказать, что ты детектив?
— Oui. Молодая женщина пошарила рукой в парке, а затем разочарованно поморщилась. — Non! Я оставила свои документы в самолете!
Капитан Стоунфельт несколько мгновений смотрел на Миднат Д'Авис. Он был человеком. Казалось, ее изысканная красота растопила его сердце.
— Я пойду с тобой за этими документами, — сказал он.
Ренни, Джонни и Длинный Том вернулись в камеру. В компании с ними были их четыре потенциальных спасителя.
Кулден был человеком многогранным. Одним из его талантов была способность стирать себя, оставаться в тени, незамеченным, когда он того желал. Сейчас он очень осторожно делал это. Когда представилась возможность, он сумел проникнуть в радиокомнату.
Он снова включил мотор-генератор и перенастроил передатчик.
— Штаб-квартира Строама? — спросил он.
— Да, — прозвучал ответ сквозь помехи.
— Дела идут не очень хорошо, — сказал Кулден. — Попытка вытащить трех человек Дока Сэвиджа из рук конной полиции натолкнулась на препятствие.
— Это печально.
— Это еще не все. В целом мне не нравится, как идут дела.
— У меня еще худшие новости, — сказал голос по радио.
— Что такое?
— Двое мужчин — Монк и Хэм — на свободе. Более того, они спасли Бена Лэйна и захватили наших людей, которые их удерживали.
На этот раз Кулден не был обычным бесстрастным; он показал признаки апоплексического удара. Прошло тридцать секунд, прежде чем он смог говорить.
— Как это произошло?
— Посланник пошел в хижину, где их удерживали, — сказал голос по радио. — Следы рассказали ему, что произошло. Похоже, что какой-то посторонний человек одолел наших людей.
Кулден, обдумывая это, побледнел. Его кожа стала похожа на тесто. Следующие слова из радио не помогли его душевному состоянию.
— Тот, кто напал, шел огромными шагами, и глубина следов от снегоступов показывает, что это был очень тяжелый человек, — прозвучало в эфире.
— Ух! — Кулден сглотнул и выглядел так, как будто ему стало плохо. Эти слова заставили его вспомнить о Доке Сэвидже.
— Мы должны действовать быстро, — резко сказал он.
Последовала череда коротких, лаконичных приказов, обмен вопросами и ответами.
Утихомирив слабый шум моторного генератора, Кулден вышел из радиокомнаты.
В своей камере Ренни, Длинный Том и Джонни сидели, склонившись головами друг к другу, и шептались. Они обсудили ситуацию и решили, что пора что-то делать. В противоположном углу стояли четверо представителей местных и хмуро смотрели на них.
Ренни подошел к окну с решеткой.
Длинный Том небрежно засунул руку в парку. Там лежали два куска замороженной пищи; они не растаяли. Не будучи замеченным своими смуглыми сокамерниками, Длинный Том передал один из твердых кусков костлявому Джонни.
Затем они приступили к действию.
Длинный Том откинул руку назад и ударил одного из бродяг в лоб куском замороженной пищи. Тот рухнул на пол. Джонни сбил другого таким же образом.
Ренни расправился с еще двумя ударами своих огромных кулаков. Быстрота атаки не дала им возможности поднять крик.
Придя в себя через несколько минут, четверо смуглых заключенных обнаружили, что их связали по рукам и ногам частями их собственной одежды. Их челюсти были растянуты кляпами, сделанными из их варежек.
Камера была практически неуязвима, на улице был сильный мороз, и у двери не было охранника. Конный полицейский предусмотрительно запер все снегоступы. Без них заключенные, даже если бы им удалось сбежать, не смогли бы далеко уйти. Никаких звуков из камеры не доносилось до ушей конного полицейского.
Ренни сел на корточки возле самого трусливого на вид из этой банды и из своего кармана достал монету — серебряный полудоллар.
На глазах у своего пленника Ренни спокойно зажал монету между большим и указательным пальцами и аккуратно сложил ее. Это было проявление невероятной силы, которое произвело впечатление на представителя этой породы. Он начал дрожать.
Ренни снял кляп, но держал огромную руку наготове, чтобы не дать парню звать на помощь.
— Ты знаешь, где Док Сэвидж? — спросил Ренни.
Другой мог бы отрицать, что знает бронзового человека, и Ренни поверил бы ему, но парень был настолько напуган, что сказал то, что считал правдой.
— Бронзовый человек мертв, мсье, — прошептал он.
— Черт возьми! — воскликнул Ренни. — Я не верю!
— Строам так сказал, — отчаянно настаивал другой.
— Ты знаешь Строама? — прорычал Ренни.