Слишком поздно человек понял, что лавина догонит его. Он развернулся и отчаянно попытался спастись, но его поспешность стала его гибелью, потому что он пошел на риск и вскоре потерял равновесие, после чего начал кружиться по склону, опережая лавину.
Лавина накрыла его, и он погрузился под нее, визжа так, как только человек может визжать, когда смотрит в глаза смерти. Вскоре он исчез из виду среди жуткого белого покрывала, усеянного валунами, которым был спуск.
Над грохотом падающего снега и камней Док Сэвидж поднял голос.
— Строам! — крикнул он. — Беги!
Строам и его люди, думая, что в предупреждении бронзового человека есть какой-то подвох, остались в хижине.
— Бегите! — крикнул им Док.
Люди Строама поняли, в какой опасности они находятся, потому что лавина приближалась к их укрытию. Двери распахнулись, и они выскочили наружу с дикими глазами, крича от внезапного ужаса.
Сначала появился Кулден, затем местные, а затем — капитан Стоунфелт!
Капитан Стоунфельт не был связан и не был с кляпом во рту, и он бежал вместе с остальными. Еще несколько смуглых мужчин, среди которых были пилот дирижабля и инженер, замыкали колонну. Никто, кроме них, не вышел из каюты.
Подобно грязному сахару с примесью темных бобов и гороха, только в тысячу раз увеличенному, лавина обрушилась на бегущих людей. Они слишком долго медлили.
В мгновение ока они были засыпаны. В один момент раздались их крики страха, удивительно похожие на блеяние овец, а в следующий момент этот звук исчез, и слышно было только грохот движущегося снега и камней. Мужчины погибли, но перед смертью им было позволено несколько мгновений поразмышлять о смерти.
Док Сэвидж, быстро отступая, чтобы уйти от крайней кромки лавины, присоединился к своим товарищам. Он обнаружил, что Бен Лейн упал от истощения, к которому добавилась агония от его изъеденных кислотой черт лица.
Однако мысли Лейна были не о своем состоянии, он безучастно смотрел на Дока, а затем заговорил голосом, в котором слышался оттенок ужаса.
— Капитан Стоунфелт, — сказал он. — Бедняга!
— Да, — тихо вставил скромный Монк. — Они, наверное, отпустили его и позволили бежать вместе с ними, но он погиб вместе с остальными. Это жестоко. Он не заслуживал такого.
— Это зависит от того, как на это смотреть, — сухо ответил Док. Затем бронзовый человек повернулся, чтобы посмотреть на незнакомца — человека в красной куртке конной полиции. — Я хорошо представляю, кто вы. Подтвердите это?
Красному солдату, который был пленником Строама, кивнул. — Конечно. Я капитан Стоунфельт.
— Этот парень — капитан Стоунфельт! — Обезьянье лицо Монка было бесстрастным. — Я не понимаю, Док. Я только что видел, как капитан Стоунфельт попал под снежный обвал!
— Ты имеешь в виду, что ты видел конец человека, которого мы знали как капитана Стоунфелта, — поправил Док.
— Тот другой Стоунфелт был самозванцем, обманщиком! — резко ответил красномундирник, который оказался настоящим капитаном Стоунфелтом. — Он схватил меня несколько месяцев назад и держал в плену. Он присвоил себе мою личность и взял на себя командование постом.
Монк медленно покачал головой. — Но как ему это удалось?
— Не так уж и сложно, черт возьми! — объяснил настоящий капитан Стоунфельт. — Как вы знаете, несколько месяцев назад на посту произошла официальная смена командования. Меня прислали с юга, чтобы я взял на себя командование. Никто в окрестностях Сноу-Маунтин не знал меня в лицо. Этот человек просто схватил меня, а затем отправился с моими документами на пост. Поскольку была зима и никто не приезжал с юга, у него было мало шансов быть обнаруженным.
— Святая корова! — проворчал Ренни. — Тот другой парень вовсе не был конным полицейским!
— Он был Строамом, — сказал настоящий капитан Стоунфельт.
Монк почесал щетину на своей лысой голове. — Строам!
— Его звали Строам, — настаивал офицер. — Я слышал, как его так называли его люди, и он хвастался мне своей хитростью.
— У этого парня точно была голова на плечах! — проворчал Монк. — Маскируясь под командира конной полиции, он был в курсе всего, что происходило. Поэтому он и пошел на такой риск, поменяв личности. Он хотел оставаться в курсе событий.
Бен Лейн, растянувшийся на снегу, где он упал от истощения, вставил: — И это сработало! Черт! Не зная об этом, я пошел к этому парню Строаму и попросил его поохотиться на самого себя. Как же это было смешно!