— Генерал Айболита поддерживал?
— Да, — кивнул майор.
— А кто отморозки, которые в тайге беспредел устроили?
— В Хабаровске вроде взяли этих отморозков украинских и кончили хабаровских, которые могли на Фильку вывести. Там какой-то мент заправлял. Его кончили сегодня утром.
— Филька — это Песковатский-младший? — уточнил Князь. — Теперь только как перед родной мамой, — предупредил он. — Что они знают о наследнице?
— Ничего. Думают, что кто-то все это замутил, чтобы какую-то долину прибрать к рукам. Что-то про Аляску говорили, был такой, золотишком занимался. Клиентами у него были многие, кто большие звезды носил. Аляска, когда понял, что и ваххабиты через этих золото его покупают, на хрен всех послал. Его убрать хотели, он бы многих сдал, но кто-то помог ему в Штаты уйти. Говорят, что есть дочь от него, ее оберегают, и скоро она получит долину.
Князь дал знак, и Поп сказал:
— В гараж его.
— Нет! — рванулся Лубинин. — Я на тебя буду работать, Князь! Я тебе бабок…
Малыш ударил майора ребром ладони по шее, двое подхватили потерявшего сознание и потащили из комнаты.
— А Лесоруба точно не пасли? — спросил Поп.
— Я проверил. Чисто, — сказал Малыш.
«Шляхтич… Значит, ты жив, — размышлял Князь, оставшись один. — Вот так хрен. Но как он причастен к истории с наследницей? Под Аляской не ходил. Вором не стал. За ним что-то было. Бежал, потом его труп менты на опознание выставляли. Родных приглашали. Под шатуна Шляхтич попал, только мизинец левой руки остался целым, по нему и установили, что это Андрей Вольский. А он, значит, жив. Где же он был? И о чем говорить хочет? На мента вышел, купить того хотел. Молодец, Малыш, а то бы непонятно все было. Жмур мусора надо будет за кольцевой бросить. Но пустой. А ксивату его какому-нибудь бомжу в Ярославле сунуть, и так, чтоб менты знали, что бомж этот все время в Ярославле крутился. Что же ты задумал, Шляхтич, в какие игры играть начал?»
— Направь ментов по этому адресу, — протянул в окно машины записку седой мужчина в очках. — И пусть поторопятся. «Мерседес» двинулся дальше.
— Вот, сука, — криво улыбнулся лежавший на полу с вытянутыми руками Князь. — Лихо подставил. Малыш — молоток, сразу мусора увез. Ну, Шляхтич, — прищурился Ваныч, — я с тебя лично кишки выпущу.
— Чисто, — войдя в комнату, сказал омоновец.
— Стволов, наркоты нет, — послышалось из кухни.
— Ну, — поднялся старший группы, — везучий ты, Князь. Но кто-то на тебя нож точит. — И распорядился: — Уходим.
— Браслетики снимите! — заорал Поп.
У коттеджа Князя стояли три машины.
— Опачки!
Не сбавляя скорости, Малыш пригнулся и быстро спросил:
— Дуры у кого есть?
— А я без дурочки, что лесоруб без топора, — откликнулся сидевший сзади Лесоруб.
— Прижмись к кустам и выброси.
Воспользовавшись тем, что машина, сворачивая, закрыла его от омоновцев, Лесоруб швырнул пистолет в густые заросли.
К ним бежал милиционер с жезлом, Малыш приказал:
— Тормози.
— Пропал Лубинин, — услышал Филипп в сотовом нервный голос. — Он пошел на встречу с каким-то уголовником, тот обещал что-то про архив сказать, и исчез. Телефон не отвечает. Я и домой звонил, жена ничего не знает. — Понятно, — сказал Филипп. — Если выйдешь на него, пусть сразу звонит мне.
Малыша уложили на асфальт.
— Давненько не виделись, — склонился к нему капитан милиции. — Ты же полгода назад освободился. Где пропадал?
— На Канарах здоровье поправлял, а сейчас с новыми силами и знаниями банк возьму, — улыбнулся лежавший. — Вы же в курсе, я человек мирный и ворую, а не граблю. Не люблю насилия, да и разница в сроках приличная. А вы меня ждали?
— Поехали, Орин! — крикнули от машин. — Они чистые?
— Чистые! — Капитан расстегнул наручники на Малыше. — Он никогда оружия не носит. Малыш это.
— Малыш? — переспросил командир группы и подошел к ним. — Легендарная личность! Ты, говорят, гений в технике, любой сейф открываешь на счет восемь.
— Десять, — поправил Малыш, — но был один английский, до пятнадцати считал.
— Поехали, командир! — снова позвали от машин. — Начальство рвет и мечет.
— Надеюсь, увидимся, — улыбнулся омоновец.
— Только если в аду, — вполне серьезно сказал Малыш.
Телефонный разговор шел напряженно и на повышенных тонах.
— Ты просто играешь не в очко, Князь! — говорил Шляхтич. — Лучше займись своими делами, ты ж вор в законе, а не волк в загоне. На кой тебе наследница нужна? Придет время — и пострелять придется. Менты, значит, не успели, а было бы хорошо, если б тебя…