— Я последую за ним!
Молодые женщины засмеялись, а невеста Робера шутливо спросила:
— Вы будете сражаться с вашими соотечественниками?!
Жак покачал годовой.
— Вовсе нет. Моя обязанность сопровождать трехцветное знамя. Это я могу делать, не сражаясь с неприятелем, которому я многим обязан. Вместо оружия у меня будет тросточка. Таким образом, я удовлетворю чувство чести. Я отдам свою жизнь из патриотизма и не буду защищать ее… из благодарности!
Робер подошел к нему и, ласково положив ему руку на плечо, серьезно произнес:
— Прекрасно, сэр Жак, вы говорили, как человек с сердцем, и впредь поступайте так, как посчитаете нужным. Я очень счастлив видеть вас здесь!
Повернувшись к Арману, он добавил:
— Еще один доброволец на мое счастье, и этим мы обязаны мадемуазель Нилии!
Молодая девушка покраснела и сделала отрицательный жест, но Робер успокоил ее.
— Не защищайтесь… Разумеется, все мы ничего не понимаем из рассказов нашего друга Жака. Вы не сохранили ни малейшего воспоминания о ваших разговорах с ним. Тут есть тайна, которую мы выяснили!
— Во всяком случае, — заметила Оретт, — Нилия не может жаловаться. Она свободна…
— О! — вскричала порывисто молодая девушка. — Я нашла в вас самую любящую, самую прекраснейшую подругу. Два месяца тому назад я была невежественной дикаркой, вы сделали из меня цивилизованную женщину. Вы объясняете мне все, чего я не знаю. Мне кажется, что я проснулась от ужасного кошмара и блуждаю в счастливых грезах!
Оретт схватила ее за руки.
— Вы заслуживаете этого, Нилия!
— В грезах, это вы верно сказали, — добавил Арман, — потому что действительность очень неприглядна!
Бывшая пленница Кауфмана покачала своей красивой головкой.
— Вы не имеете понятия о том, что значит быть пленницей, иначе вы поняли бы, что все здесь кажется мне прекрасным… Безграничное синее небо, сонные воды, на которых солнце играет золотыми блестками, высокие бамбуки… — все восхищает меня и приводит в восторг. Все вы так добры ко мне!
Она произнесла это растроганным голосом, ее большие глаза подернулись туманом. Робер протянул ей руку.
— Мисс Нилия, маленькое развлечение не помешает вам. Завтра все мы отправляемся в экспедицию. Последняя прогулка по болотам. Потом нам останется только двинуться на неприятеля!
— Куда мы пойдем? — с любопытством спросила молодая девушка.
— В Тамбура, первый пост, учрежденный Маршаном на реке Суэ!
— Зачем?
— Разумеется, не для того, чтобы нанести визит. Этот пост давно покинут, но мы увидим там горшечников!
— Горшечников?
Робер бросил значительный взгляд на Лотию.
— Это вас заинтересует, но пока не спрашивайте! Кстати, знаете ли вы, что здесь, на месте нашего лагеря, едва не погиб капитан Баратье, отважный спутник Маршана?
— Здесь? — воскликнули молодые женщины.
— Именно здесь!
— Каким образом?
— Я вам расскажу!
После минутной паузы Робер рассказал своим спутникам трогательную историю капитана Баратье, который с несколькими людьми отправился на маленькой лодке исследовать болота вплоть до Нила. Они терпели голод и всякие лишения и едва не были съедены огромным бегемотом, опрокинувшим лодку. Потом разговор сделался общим. Все вспоминали различные эпизоды из миссии Маршана, восторгались мужеством таких героев, как Маршан, Баратье, Жермен, испытывая сильное волнение при мысли, что являются орудием правосудия, стараясь отомстить за поражение Маршана.
Британцы хитростью пытались победить французов, чтобы завладеть долиной реки Нила, но пришли другие французы, опустошили долину, увлекли за собой жителей и начали беспощадную войну с завоевателями.
Мысли их отвлекались, и никто, даже любопытный журналист и грациозная Нилия, не думали теперь о планах Робера.
Вечером на лагунах зазвучали трубы — сигнал, призывающий рабочих оставить работу для отдыха.
Устроились на ночлег за плотными занавесками, чтобы предохранить себя от насекомых, которые с жужжанием тучами поднимались из тростника.
Наступил день. Снова раздались звуки труб, топь ожила и кишела людьми. Робер Лаваред встал раньше всех. Плоскодонная, похожая на гондолу, лодка ожидала у островка. Гребцы были на своих местах. Вскоре Оретт, Лотия и Нилия вышли из шатра. К ним присоединились Арман, Жак и неизменный Хоуп. По указанию Робера, все сели в лодку, которая быстро двинулась в путь.
Плыли пять дней, пересекая каналы, озера, останавливаясь для ночлега на песчаных островках, не встречая препятствий. Тысяча людей целых три месяца работала над безопасностью водных путей. Повсюду путешественники встречали партии чернокожих рабочих, под командой солдат, повсюду, замечали они с удовольствием, царила суровая дисциплина.