— Джон, — кричит молодой человек, — Джон!
Но курьер не слышит его или делает вид, что не слышит. Он поворачивается и стреляет. В десяти шагах от Жака падает убитый негр. Снова выстрелы, еще и еще…
Жак несется вперед, желая догнать брата, но лошадь падает под ним. Оглушенный ударом, Жак кое-как встает. Около него, словно ураган, несется масса всадников. Он кричит, приказывает им остановиться, никто не слышит. Тогда он бежит за ними и, сознавая свою беспомощность, поднимает руки к небу.
Все кончено! Лошадь Джона ранена, он падает. Начинается свалка, раздаются торжествующие крики.
Шатаясь, словно под влиянием кошмара, Жак плетется к тому месту, где остановились всадники. У Мацуги в руках конверт.
Жак подходит все ближе. На желтом песке лежит какая-то темная фигура. Жак наклоняется, смотрит.
Это Джон, с закрытыми глазами, с полуоткрытым ртом. Из его головы течет струя крови. Он мертв.
Отчаянный вопль вырывается из груди Жака. Колени его подгибаются, он падает на труп брата и обнимает его.
— Джон, брат мой! Джон! Проснись! — кричит он разбитым голосом, и этот страдальческий крик разносится далеко в глубоком молчании пустыни.
Глава VI
ЛЬВЫ
В палатке Робера собрались все его друзья. — Любопытный Арман, Оретт, Лотия, Нилия и Жак, мрачный с нахмуренными бровями.
Его отчаяние было ужасно. Он потерял сознание на теле брата, и Мацуга привез в лагерь мертвого Джона и лишившегося чувств Жака.
Когда друзья пробовали утешить его, он остановил их.
— Не надо, я не тоскую больше, я живу отныне, чтобы мстить за брата. Из-за меня, я знаю это, он пошел на смерть. И англичане, могли принять его жертву! Не постыдились разбить сердце несчастной матери. Они пожалели послать солдата, а рискнули жизнью юноши, который вовсе не принадлежал к армии. Сегодня мы похороним Джона и не будем больше говорить о нем. Прочитали вы депешу?
— Нет!
— Давайте читать ее!
Робер вынул ее из кармана и прочел:
«Adafrou— metre — I’abyas — soleil-noe arablotusir— an — la — cape — teur — deux de — Asiert — Rjinla — ruche — or — qual yte — avoine — eh Rioble — artiste — ainsi slugi— boat — tri — armes — natron — Joe trahit — cartitivre — crin— noir — asalunoerd».
— Что это значит? — спросил Арман.
— Вы знаете, конечно, что можно вести корреспонденцию или при помощи условных выражений, смысл которых известен только заинтересованным лицам, или при помощи шифра, — сказал Жак. — Сосчитаем буквы. Если общий итог является результатом умножения двух чисел, позволяющих образовать каре или прямоугольник, то можно держать пари, что мы имеем дело с депешей, написанной с помощью решетки. Быть может, одна из похищенных нами решеток пригодна сюда!
— А если не пригодна?
— Тогда обойдемся без нее и отделим бесполезные буквы от тех, что составляют смысл депеши. Я видел, как это делали английские офицеры, и никогда не думал, что мои познания пригодятся для Франции и Египта!
Жак печально вздохнул, вынул свою записную книжку и написал буквы на чистой странице.
— Депеша содержит в себе 168 букв, то есть результат 12 умноженного на 14, и я напишу так: 168 = 12x14 = 14х12. У нас являются две гипотезы. Первая: я располагаю буквы сообразно прямоугольнику! — В каждом из маленьких квадратов Жак написал букву депеши.
— Теперь, — сказал он, — попробуем приложить решетку!
Арман передал ему ящик, покрытый черной кожей, внутри которого алюминиевые решетки были разложены по отделениям.
Когда пластинки были приложены к буквам, не получилось ровно никакого смысла. Но Жак не унывал.
— Погодите, у меня есть смутное предчувствие, что эта пластинка откроет нам тайну. Я располагаю буквы иначе. Увидим теперь!
Он нарисовал на бумаге квадрат, разделенный на клетки, и вписал в каждую клетку по букве, потом схватил решетку, употребляемую для шифра, и приложил ее к буквам. Вдруг молодой человек радостно вскрикнул. Стоя, он медленно прочел: «Абиссинская армия в Абуцине, боится пустыни. Пойдем туда с Робером, без него готова отступить. Надо тянуть черных к северу!»
— Что это такое Абуцин? — спросил Арман.
— Это местечко на границе Абиссинии, в пяти или шести днях ходьбы на восток!