Старуха на миг замолчала, будто её голос застрял в горле.
— Их тела начали меняться. Камень.
Лея вздрогнула.
— Что?
— Их кожа… она начала покрываться серыми прожилками, словно что-то вытягивало из них жизнь. Их пальцы застыли, лица исказились в немом ужасе. Они не закричали — не успели. Всё произошло мгновенно.
Старуха глубоко вздохнула.
— Веки их не сомкнулись, даже когда их глаза стали каменными. Они всё ещё там стоят и смотрят на артефакт…Это то, что ждёт любого, кто осмелится завладеть артефактом. Именно поэтому он должен оставаться там, где он есть, — она закончила почти незаметно.
Огонь в очаге затрещал, словно подтверждал её слова.
Лея смотрела на старуху, чувствуя, как тревога сжимает её грудь. Она вспоминала всё, что пережила за последние дни: голоса духов, видения, исчезновения людей… И теперь она слышала странные слова, которые не укладывались у неё в голове.
— Профессор тоже говорил, что ищет артефакт и с ним могущественную силу, — прошептала она, — Но теперь я знаю, что этого нельзя допустить. Вот почему духи стирают память — они пытаются остановить, тех кто пришёл со злыми намерениями. Не дать им пройти дальше.
Лея осеклась. Мысли путались. Она вдруг поняла, насколько изменилась её жизнь за последние дни. Ещё месяц назад, если бы кто-то рассказал ей об этом острове, о духах, артефакте, о древнем предназначении — она бы посмеялась. Посчитала бы это безумной сказкой. Но теперь… теперь чудеса не удивляли. Теперь она была частью их. Она замолчала на миг, затем её глаза расширились от догадки:
— Но как профессор узнал, что я могу ему помочь?.. Если я действительно стану Хранителем, то смогу найти артефакт и прикоснуться к нему…
Старуха долго молчала, будто решалась, стоит ли говорить больше.
— Это не профессор, это остров и духи предков привели тебя сюда.
— Почему я? — её голос прозвучал хрипло. — Почему именно я должна стать Хранителем?
Старуха сидела у очага, её тёмные, выцветшие временем глаза изучали Лею, словно оценивая, готова ли она услышать правду. Затем она вздохнула и начала говорить:
— Потому что ты одна из нас.
Лея нахмурилась.
— Это невозможно. Я не отсюда. Я всю жизнь жила в большом городе.
— Это не так, — старуха посмотрела в огонь, её лицо в отблесках пламени выглядело древним, как сама история острова. — Мой сын был не единственный, кто решил покинуть остров, когда это стало возможным. Некоторые молодые люди мечтали о другой жизни, о свободе. Так сделали и твои родители. Они сбежали.
Лея напряглась.
— Мои родители жили здесь? Они… ушли?
— Да, — старуха кивнула. — Они пытались жить в мире, к которому не принадлежали. Но жители этого острова не могут существовать вне его. Это место — их дом не только телом, но и духом. Любой из нас может стать Хранителем, и покидать остров нельзя.
Лея чувствовала, как её сердце забилось быстрее.
— Что с ними стало?
— Они прожили всего несколько лет, — в голосе старухи не было эмоций, только констатация факта. — Те, кто уходит, увядают, словно цветок, вырванный с корнем. Их тела не выдерживают мира, где их дух не может укорениться.
Лея судорожно вздохнула.
— Они… умерли?
— Да, — кивнула старуха. — Но духи вернули тебя туда, где твоё место и предназначение.
Лея уставилась в огонь, её мысли метались, как языки пламени.
— И теперь я должна… стать Хранителем?
— У тебя нет выбора, дитя, — старуха посмотрела ей прямо в глаза. — Это не наказание и не привилегия. Это твоя судьба.
Лея покачала головой, не желая верить в услышанное.
— Но я не готова! Я даже не знаю, что значит быть Хранителем!
— Не важно, готова ты или нет, знания предков научат тебя всему — голос старухи стал твёрдым. — Если ты не станешь Хранителем, тени прорвут угасающую защиту артефакта. Они вырвутся.
Лея сжала зубы, ощущая, как что-то тяжёлое оседает в её груди.
— И что тогда случится?
Старуха посмотрела прямо ей в глаза, и в её взгляде было нечто древнее и неизбежное.
— Тогда мир теней станет частью этого мира. А затем и полностью уничтожит его.
Лея сидела молча, чувствуя, как мысли клубятся в её голове, словно густой туман. Всё, что говорила старуха, медленно укладывалось в сознании, заполняя пробелы, над которыми она ломала голову. Теперь всё имело смысл: её связь с островом, необъяснимые сны, странные ощущения. Она никогда не была чужой здесь. Она просто забыла, кем является на самом деле. Но даже несмотря на это открытие, внутри оставался один вопрос, не дающий ей покоя. Лея подняла взгляд и, едва дыша, спросила:
— Если я приму своё предназначение… смогу ли я вернуть родителей Винсенту?