Старуха долго смотрела на неё, а затем, к удивлению Леи, кивнула.
— Духи услышали бы тебя.
— То есть… — Лея наклонилась вперёд, её сердце заколотилось быстрее. — Они вернут их?
— Если ты станешь Хранителем, если примешь свою судьбу без сомнений и страха, — голос старухи звучал ровно, но в нём было что-то глубокое, древнее. — Тогда духи могут вернуть тех, кого забрали.
Лея почувствовала, как воздух стал тяжёлым.
— Значит… это возможно.
— Да, — кивнула старуха. — Но духи не дают подарков просто так.
— А если… если мы с Винсентом захотим остаться здесь? — тихо спросила Лея, глядя на старуху.
Та медленно подняла на неё взгляд. В глазах — вечность. Понимание. И печаль.
— Нельзя, дитя. Этот остров — наш дом, наша сила, — прошептала она. — Здесь мы живём, растём, раскрываемся. Но за его пределами увядаем, словно сорванный цветок. А с чужаками… наоборот. Для них жизнь — там, за границей тумана. Здесь они будут гаснуть, остров не примет их никогда.
Лея сжала пальцы. Горло пересохло. Сердце зовёт в одну сторону, а судьба — в другую. Этот выбор изменит всё. Но теперь у неё был шанс — шанс не только защитить этот остров, но и исправить то, что было утеряно.
Глава 21. Выбор судьбы
Лея стояла у края утёса и смотрела на бескрайний океан, простирающийся перед ней. Ветер играл её волосами, а солнце клонилось к закату, окрашивая небо в алые и золотистые оттенки. Её сердце тяжело билось в груди. Теперь она знала всё. Теперь перед ней стоял выбор. Остаться на острове и стать тем, кем ей суждено быть, — новым Хранителем. Или покинуть это место вместе с Винсентом, сбежать, как когда-то её родители.
Но могла ли она уйти?
Она сжала пальцы в кулак. Всё это время Винсент искал своих родителей. Он посвятил этому годы, преодолел все препятствия, чтобы добраться сюда. Он никогда не оставит остров, если есть шанс вернуть их.
А вернуть их могла только Лея. Но это означало бы, что её судьба решена. Она больше никогда не покинет остров.
Лея закрыла глаза.
— Как же всё несправедливо… — прошептала она, чувствуя, как внутри разрываются чувства.
Она знала, что должна сделать выбор. И этот выбор изменит всё.
Лея открыла свой дневник. Страницы пахли солью и ветром — словно впитали в себя дыхание острова. Ещё в первый день она записала туда то, что хотела разгадать. Она перечитала.
1. Деревня — она не просто так появляется и исчезает.
2. Тайна профессора и Винсента.
3. Пещера и артефакт — ключ ко всему.
Тогда её жгло любопытство, внутри всё кипело от азарта исследователя. Но теперь, когда завеса спала и каждая из тайн оказалась не просто разгадкой, а откровением — на сердце лёг груз. Интерес сменился тяжестью. Вместо вопросов — выбор. Лея поняла: узнать правду было легче, чем принять, что теперь с этой правдой делать.
Она закрыла глаза, прокручивая в голове каждую деталь.
Остров. Он не просто затерянное место, о котором никто не знает. Он живёт. Он дышит. Он скрывается, пока не придёт время снова открыться миру. Он забирает тех, кто пытается его покинуть, и не даёт чужакам унести то, что принадлежит ему.
Артефакт. Загадочный объект, вокруг которого вращаются все события. Он не просто древняя реликвия — он мост между этим миром и миром теней. Его нельзя уничтожить. Нельзя забрать. Его можно только охранять.
Хранители. Старуха была последней. После неё — её сын, но он исчез в мире теней. Теперь очередь Леи.
1977 год — год моего рождения. Год, когда мои родители сбежали с острова. Год, когда пропали родители Винсента. Последнее письмо от них профессору Адамсу в июле. Каждый день 17 июля. И это оказалось не совпадение.
Родители Винсента тоже стали жертвами острова. Их забрали духи. Они пытались разрушить то, что столетиями хранили жители этого места. Но их можно вернуть. Духи готовы отпустить их… если Лея примет свою судьбу.
Деревня. Она исчезала. Сначала Лея не понимала почему. Но теперь всё стало ясно: духи защищали артефакт и тайны пещеры. Они стирали записи, очищали память, скрывали правду. День повторялся снова и снова, чтобы она дошла до истины.
Выбор. Уйти с Винсентом и попытаться начать новую жизнь… Но сможет ли она жить, зная, что жители острова обречены за его пределами? Что будет, если тени вырвутся?