Оставила тёте записку на холодильнике, закрепив туристическим магнитом, мол, всё хорошо, вышла прогуляться. Сама направилась в библиотеку. По дороге заскочила в местный фруктовый ларёк, купила свежей голубики, в дар доброй женщине, которая выручила в прошлый раз, её вклад неоценим.
Библиотекарь приветливо улыбнулась и была приятно удивлена угощению.
- Как проходит работа над книгой? – поинтересовалась она. – Ты пришла за дополнительными материалами?
- Спасибо, продвигается весьма успешно, — соврала я. – Только возник небольшой затык. Не будете возражать, если посмотрю ещё раз на документы? Вероятно, упустила какой-то важный элемент.
Получив согласие, сгребла весь архив по теме и выбрала письменный стол у окна, где больше дневного света. Читая показания свидетелей, несколько раз ловила себя на мысли, что поступившая информация от разных людей, в чём-то схожа. Все в один голос утверждали, будто потерпевшие отличались странным поведением, одна девушка была госпитализирована после попытки суицида в город Петропавловск-Камчатский. Согласно протоколу, наблюдались слуховые и зрительные галлюцинации, бред преследования и воздействия. Диагноз: Шизофрения.
Сойти с ума мой главный страх, если я не уже того самого...
Одна из погибших, как утверждала свидетель «N», незадолго до смерти собиралась в спешке уехать, но не успела. Она бесследно исчезла. Три дня упорных поисков дали неутешительный результат. Труп девушки обнаружили водолазы недалеко от берега. Следов насильственной смерти не обнаружено, констатировал судмедэксперт.
Кинуло в жар от ужаса, на глаза выступили слёзы отчаяния. Так, Анжелика, успокойся, не всё потеряно, ты ещё жива. Сделав небольшую паузу грустно добавила, пока ещё жива. Оптимист во мне присутствует, но от реалиста чуток больше. Не исключаю того, что я преждевременно сгущаю краски и это звучал голос пессимиста. Надо двигаться дальше несмотря ни на что. Смахнув слезинку, собралась с мыслями и продолжила разбирать документы. Одна из страниц выглядела подозрительно толстой на ощупь при перелистывании. Оказалось, две страницы склеились друг с другом. Аккуратно я разъединила их, дабы не порвать ставшую хрупкой из-за времени бумагу. На не обнаруженных в прошлый раз листах подробно расписано генеалогическое древо Анастасии Фёдоровой начиная от её прадеда купца Фёдора. Судя по документам, от его имени и взяла свой исток популярная в ту пору фамилия. Внимательно изучая открывшиеся данные, дабы в этот раз ничего не упустить, я увидела то, что повергло в шок. Невероятно отказываюсь в это верить!
- Быть такого не может, — прошептала я, в ужасе прикрыв ладонью рот.
Судя по генеалогическому древу, я приходилась потомком по женской линии. Если говорить точнее, я праправнучка её младшей сестрёнки, которая после революции, вышла замуж и отправилась с супругом на материк, там впоследствии и осталась.
«Потому, что ты моя частичка. Моя кровинка», — вспомнила её слова.
Неужели это правда? Трудно поверить, однако документы перед глазами подтверждают данный факт. У меня вопрос, почему ни мама, ни бабушка и словом не обмолвились о том, что в наших венах течёт купеческая кровь? Возможно, стыдились проклятия и пересудов.
На мобильный телефон раздался звонок от тёти. Понимая, что в данную секунду внятный разговор не получится осуществить, сбросила вызов и трясущимися от волнения пальцами, набрала короткое СМС, что скоро буду дома. Проблемы навалились снежной лавиной. Посидев немного в успокаивающей тишине, смогла, наконец, прийти в себя. Поблагодарив замечательного библиотекаря за помощь, отправилась домой с чувством полной разбитости и разочарования.
Прошла мимо места, где не так давно поджидал Тимур, когда подвёз и вернул потерянный оберег. В груди предательски защемило. Воспоминания беспощадно терзали душу, выворачивая наизнанку то, что усердно пытаюсь подавить. При любой удобной возможности невольно его вспоминаю. Отпустить не получалось, как бы не старалась, это своего рода некий садизм. Бесспорно, люди, в какой-то степени мазохисты. В подавленном состоянии почему-то слушают грустные песни, смотрят драмы, читают романы, где неимоверное количество стекла, ещё сильнее вгоняя себя в депрессию.
Ты моя сестра,
Я твоя сестра,
Вместе – навсегда.
Тоненькие голоса подобно перезвону колокольчиков пропели в голове, только веяло не весельем, а нечистью. Охваченная страхом, оглянулась по сторонам, но утопленниц поблизости не заметила. На какой-то миг стало не по себе, дыхание сбилось, паника нарастала.