Я подошел к столу. После школы я часа три просидел за работой. Я поднял стопку листков.
– Что это? – спросила Алекс и встала рядом.
– Новый вариант истории про Кома-Пожирателя, – ответил я и помахал исписанными от руки листками. – Теперь она куда страшнее.
Алекс взяла листки из моих рук и пробежалась по ним глазами. Потом недоуменно уставилась на меня:
– Ты не печатал ее на старой машинке?
– Конечно, нет. Я всегда сначала пишу черновик от руки. Я печатаю лишь после того, как доведу рассказ до ума.
Я взял со стола ручку.
– Я пользовался этой старой ручкой, которую дала мне хозяйка лавки, – сообщил я Алекс. – Классная штучка. И пишет мягко. До сих пор в голове не укладывается, что мне ее так запросто подарили!
Алекс рассмеялась.
– Ты такой странный, Зэкки. И почему тебя так волнуют всякие ручки и машинки? – Помолчав, она добавила: – Хотя, по-моему, это здорово!
Я просмотрел рассказ.
– Теперь можно и печатать, – сказал я. – Мне не терпится сесть за эту старую машинку!
Я повел Алекс в свою комнату. Но на полпути к письменному столу застыл как вкопанный. И ойкнул от изумления.
Пишущая машинка исчезла.
13
Мы с Алекс рты разинули при виде пустого места на столе. Алекс нацепила на нос очки и огляделась по сторонам.
– Она пропала, – растерянно пробормотал я. У меня подкосились колени. Я даже прислонился к шкафу, чтобы не упасть.
– Странно. – Алекс покачала головой. – А ты уверен…
– Как сквозь землю провалилась! – прервал я ее. – Глазам своим не верю! Как? Как машинка могла исчезнуть?
– Что могло исчезнуть? – послышался голос возле двери.
Я повернулся: в комнату входил папа. В руках у него была машинка.
– Папа, зачем… – Я не договорил.
Он поставил машинку на стол. Откинул со лба прядь волос и улыбнулся.
– Я почистил ее для тебя, Зэкки, – объяснил папа. – И вставил новую ленту. – Он вытер ладонью пот со лба. – Сейчас ленты уже редкость, – добавил он. – Никто больше не пользуется машинками.
Алекс рассмеялась:
– Зэкки решил, что машинка бесследно исчезла!
Я бросил на Алекс сердитый взгляд.
– Алекс, хватит издеваться, – прошептал я. Она состроила рожу.
Папа покачал головой.
– Уж слишком тяжела, чтобы бесследно исчезнуть, – со вздохом сказал он. – Она весит не меньше пуда. Тяжелее, чем компьютер!
Я подошел к машинке и провел рукой по гладкой темной металлической поверхности.
– Спасибо, что почистил ее, папа, – сказал я. – Она выглядит так чудесно!
– Несколько клавиш западали, – добавил папа. – Я смазал их. Думаю, что теперь машинка в полном порядке, Зэкки. Ты сможешь напечатать на ней грандиозные вещи.
– Спасибо, папа, – повторил я.
Я просто сгорал от нетерпения. Я потянулся к полке за чистой бумагой. И тут заметил, что папа еще не ушел. Он стоял, придерживая дверь, и смотрел на нас.
– Мама пошла к Джэнет Хоккинс, нашей новой соседке, – сказал он. – Сегодня по-настоящему весенний вечер. Я подумал, может быть, вы захотите прогуляться в город за мороженым.