Тарас берет бокал с виски и, отпив, снова проводит языком по губам, закусывает нижнюю. Все это — не сводя с меня глаз. А мне хочется плеснуть шампанским ему в лицо. Или дать себе пощечину, чтобы отрезвить.
С годами яркие воспоминания не тускнеют. Наоборот, как выдержанное вино, становятся терпче. Вот и сейчас следом за сладким всплывает тот момент из прошлого, от которого по телу пробегают холодные мурашки. Как я кричала от боли до сорванного голоса, когда Тарас растоптал мои чувства. Негодяй! Думает, я все забыла и буду вести себя с ним, словно ничего не произошло? Глаза бы ему выцарапала!
Признаю, тело еще откликается — Тарас, безусловно, горячий мужчина и идеальный любовник, меня так никто больше не привлекал. Но морально... Морально он меня уничтожил, и я буду блокировать все чувства к нему.
Перевожу полный обожания взгляд на Ваню и остаток вечера игнорирую Савчука. Козлина! И семейка у него дебильная. Жена хочет сделать фиктивное ЭКО, сам — пялится на бывшую. При следующей встрече предложу им услуги нашего психотерапевта. И скидку мы делать не будем, хотя всем клиентам центра она положена.
Стоит подумать о деньгах, как возвращается привычное гадкое чувство, которое не отпускало в последние дни, и рука против воли тянется к бокалу шампанского. Второму за этот вечер.
10 глава
Я встаю из-за стола, шепнув Ване, что мне нужно в туалет. У официанта уточняю, где он, и спешу туда. Закрыв за собой дверь, позволяю себе короткую передышку. Нужно хотя бы несколько секунд, чтобы успокоиться, сдержать накатившую волну чувств, которую вызвал Тарас своим присутствием и откровенными взглядами. Ну и попытаться справиться с злостью. Давно она не была такой сильной.
Наклоняюсь к раковине, включаю холодную воду и быстро ополаскиваю руки. Подняв глаза к зеркалу, я касаюсь впалых щек ладонями и глубоко вздыхаю. Снова вспоминаю, что было за столом в зале, где остался Савчук. Он не должен выбивать меня из равновесия, но почему-то именно это и происходит. Почему? Мы ведь давно стали чужими друг другу.
Тихий звук шагов за спиной заставляет напрячься. Почувствовав Тараса, я оборачиваюсь. И нет, не ошибаюсь — он стоит сзади. Спокойный, равнодушный. Подходить не торопится, молча смотрит, удерживая мой взгляд. Хотя прекрасно знаю, что на самом деле Тарас не такой, это всего лишь маска. Знаю… Что я сейчас о нем знаю? Я и сама больше не та Эва, которой была когда-то.
— Зачем ты здесь? — пытаюсь говорить ровно, но голос буквально вибрирует от раздражения.
И в первую очередь я раздражена на себя, на свое тело, что против воли так остро реагирует на мерзавца и его близость.
Тарас чуть усмехается. Его глаза скользят по моему лицу, словно изучают каждую черточку.
— Просто смотрю, — отвечает он сухо, но этот его тон заставляет лишь сильнее сжаться внутри. — По-прежнему убегаешь, когда становишься уязвимой? Это защитная реакция?
Я отворачиваюсь. Бессмысленно скрывать очевидное. Да и отражение в зеркале предательски выдает эмоции, которые я не хотела бы показывать.
— Нормальная у меня реакция. Видеть тебя не хочу. Разве непонятно? — бросаю с долей презрения. — Прекрати так пялиться на меня. И за столом тоже.
Хочется надавить на его совесть, но быстро вспоминаю, что у Савчука ее нет. Вероятно, и не было. Просто, когда мы были женаты, я очень любила его и поэтому идеализировала.
Он делает еще один шаг, и расстояние между нами становится едва ощутимым. Глаза Тараса снова цепляются за мое лицо, и я ловлю в них яркий блеск — тот самый, знакомый, пугающе притягательный.
Отступаю, но сразу упираюсь в холодный край раковины, а Тарас продолжает смотреть не отрываясь, с обезоруживающей уверенностью. И наглостью. Всегда у него этого было в избытке. Тем и привлекал. Но то было в прошлом. Сейчас я в сторону таких мужчин даже не дышу.
— У тебя жена в зале осталась, — напоминаю с возмущением.
— Я в курсе.
— Напомнить тебе, из-за чего мы расстались?
— Напомни, — отвечает Тарас, и это «напомни» звучит как вызов.
— Прекрати, — произношу я резко, чувствуя, как его взгляд буквально сдавливает меня, проникая глубже, чем хочется признать.