20.
— Скажи мне, если будет слишком больно, — заботливо произнёс Брендон.
— Пожалуйста… — умоляюще прошептала я, не в силах больше ждать.
Я хотела, чтобы он проник в меня.
Пожалуйста... овладей мной...
Брендое резко толкнул бёдра вперёд, и толстая головка его члена проникла в мою влажную горячую плоть. Его тепло разлилось внутри меня, пока моё тело изо всех сил пыталось приспособиться к его внушительным размерам. Я громко застонала от того, как туго моя киска обхватывала его налитую головку. Казалось, он только начал, вошёл всего на дюйм, но это уже было невыразимо приятно — его пульсирующее тепло полностью завладело мной.
— Ах… — выдохнула я, стараясь раздвинуть ноги ещё шире, чтобы облегчить его проникновение.
Он продолжил двигаться, продвигаясь глубже, его раскалённый ствол медленно погружался в моё тело. Я чувствовала, как его член растягивает меня, наполняет каждую клеточку. Стенки моей плоти плотно сжимались вокруг его твёрдости, но его длина была такой, что он ещё не вошёл до конца. Брендон чуть отодвинулся, медленно вытаскивая член, прежде чем снова мощно толкнуться вперёд. На этот раз его толчок был глубже, чем прежде, и я закричала от волны невероятного наслаждения, которое накрыло меня, когда он двигался внутри.
— Ахх… Аххх… — стонала я без остановки.
Его член растягивал мои внутренние стенки, и я чувствовала, как он завоёвывает меня с каждым новым мощным толчком. Затем он резко вогнал весь свой ствол в меня до конца. Я вскрикнула его имя, когда почувствовала, как его твёрдая плоть коснулась моего лона. Мы стали единым целым, как я всегда мечтала. Этот момент был воплощением мечты, более ярким и чувственным, чем я могла вообразить. Его горячий, пульсирующий член, погружённый в меня, доказывал, что всё происходящее — реальность.
Это действительно происходит…
— Твоя киска так жадно обхватывает меня, Эмилия… — пробормотал он с удовольствием, пока его член чуть подрагивал внутри меня.
Он замер, давая мне время привыкнуть к его размерам. Я не была уверена, что смогу полностью привыкнуть к чему-то такому большому и толстому, но мне было приятно, что он думал о моём состоянии и позволял мне адаптироваться. Моё тело было более чем готово, мокрое и скользкое, чтобы облегчить его движения.
— Брендон… — сладко прошептала я его имя.
Когда я произнесла его имя, пока он был внутри меня, моё сердце болезненно сжалось от переполнявших чувств. Это, без сомнения, была любовь.
— Ты раньше называла меня «Бреном», — напомнил он, нежно поглаживая мои бёдра.
Брен...
— Ты прав. Кажется, действительно называла… — пробормотала я, пока вспоминались обрывки прошлого.
— Зови меня, как захочешь. Просто расслабься, Эмилия… — сказал он мягко и ободряюще.
Но расслабиться было сложно. Моё тело не могло не сжиматься вокруг него от волнения. Он был прав, я раньше звала его Бреном, как и многие из тех, кто был близок к нему. Это прозвище дали ему родители, и его часто использовали друзья и семья.
— Ахх! Ахх… — мои стоны сорвались с губ, когда он начал двигаться.
Его член медленно вышел из меня, прежде чем резко вонзиться обратно, погружаясь до самого основания. На этот раз он не делал паузы, чтобы дать мне отдышаться. Его движения стали жёсткими и быстрыми, член ритмично вонзался в моё тело. Мое лоно наполнилась влажными звуками нашего соединения, а удары его плоти о мои чувствительные точки заставляли меня терять голову.
Моя влажность усиливалась, становясь всё сильнее с каждым новым толчком. Скользкие, распутные звуки сопровождали наши движения, когда он загонял свой ствол глубже в меня. Я начала двигать бёдрами, встречая его толчки, чтобы помочь ему проникать ещё глубже.
— Здесь тебе хорошо? — спросил он, грубо нажимая головкой члена на самую чувствительную точку внутри меня.
Я закричала громче, чувствуя, как моя плоть судорожно сокращается вокруг него. Слова были излишни — моё тело само отвечало за меня. Брендон понял, куда именно нужно бить, чтобы доставить мне максимум удовольствия Звуки нашего тела, смешанные с нашими стонами и криками, эхом разносились по всей комнате.
— Да! Ахх… это… так хорошо… — вскрикивала я, пока он снова и снова вбивал свой член в меня.
Мои внутренности чувствовали себя истерзанными и измождёнными от его безжалостного темпа, но я не хотела останавливаться. Боль и наслаждение слились воедино, создавая непереносимо сладкое ощущение. Когда он изменил угол и его член ударил по моему лону, я закричала его имя.
Тепло и напряжение внизу живота росли, достигая своего предела. Я знала, что мой оргазм был близок, и умоляла его ускорить.
— Брендон… пожалуйста… — прошептала я, открывая ему свои руки.
Я хотела прижать его к себе, обнять, чувствовать его близость, когда я достигну вершины. Он улыбнулся мне, прежде чем опустился сверху, поддерживая свой вес на руках, чтобы не раздавить меня.