— Но это ещё не всё! Теперь к самому приятному. Эбигейл, у нас есть великолепная новость для тебя, — улыбаясь, сказала мать, глядя на сестру с обожанием.
Эбигейл ничего не ответила, но по привычке улыбнулась в ответ, как того от неё ожидали. Я почувствовала, как что-то неприятное сжало грудь. Интуиция подсказывала, что сейчас произойдёт что-то важное. Я инстинктивно крепче сжала руку сестры под столом.
— Помнишь Брендона Карсон? Ты наверняка встречала его несколько раз на приёмах, — спросил отец.
— Да… — ответила Эбигейл.
Мы действительно «встречали» Брендона Карсон: нас представляли друг другу, мы обменивались вежливыми приветствиями и проходили мимо. Всё это было в рамках редких мероприятий, на которые нас водили родители.
49.
Из-за напряжённых отношений между нашими семьями наше общение с семьёй Карсон сводилось к формальным приветствиям и редким обменам любезностями. Хотя Эбигейл ответила уверенное «да» на вопрос отца, я не была уверена, насколько хорошо она на самом деле помнит Брендона.
— Прекрасно. Он и правда очаровательный молодой человек, даже несмотря на его возраст. К тому же он единственный наследник семьи Карсон, и мы считаем, что он идеальная партия для тебя, — с довольной улыбкой объяснил отец.
Мои глаза расширились, и я тут же повернулась, чтобы посмотреть на сестру. Её реакция на новость, только что объявленную отцом, была для меня полной загадкой. Я слышала о договорных браках, некоторые наши подруги уже знали о своих женихах, которых выбрали их родители. Но никогда не думала, что день, когда моя сестра получит жениха, наступит так скоро.
— Я должна выйти за него замуж? — спросила Эбигейл.
— Да. Я уверен, что он идеально тебе подойдёт. Ты сама в этом убедишься завтра, когда встретишь его, — вмешалась мать, её голос задорно зазвенел.
— Я встречу его завтра? — Эбигейл спросила так равнодушно, что мне стало не по себе.
— Конечно! Мы уже всё организовали. Завтра вы познакомитесь, а когда вырастете, поженитесь. Разве это не прекрасно? — ответила мать, сияя улыбкой.
Я не могла вспомнить Брендона достаточно хорошо, чтобы понять, подходит ли он моей сестре. Да и вообще, мы были слишком молоды, чтобы задумываться о браке. Образ Брендона в моей памяти был размытым, словно скрытым в тумане.
— Это поможет нашей семье? — неожиданно спросила она после короткой паузы.
Её вопрос удивил меня так же, как и наших родителей. Это был момент, когда я поняла, что сильно ошибалась в своей сестре. На самом деле Эбигейл прекрасно понимала, что происходит. Её вопрос напомнил мне о ссоре наших родителей, свидетелями которой мы недавно стали, и всё стало ещё яснее.
— Да, дорогая. Это поможет нашей семье, и наша семья тоже поможет Карсонам. Разве это не здорово? Мы будем помогать друг другу, — убедительно ответила мать.
— Ладно, — сразу согласилась Эбигейл, будто ей не нужно было даже обдумывать это.
Я замерла, поражённая её быстрым согласием. Родители вели себя так, будто меня в комнате вообще не было, и было очевидно, что моего мнения никто не спрашивал. Я подумала, что всё будет хорошо, раз Эбигейл сама согласилась, как только что заявила.
— Отлично. Давайте теперь насладимся ужином. А завтра мы поедем знакомиться с Брендоном. Я обязательно подберу для тебя самое красивое платье! — взволнованно воскликнула мать, хлопнув в ладоши.
— Это действительно радостное событие для нас всех. Ты умница, Эбигейл. Мы ещё купим тебе новую одежду и сумки, которые ты сможешь брать с собой в школу, — быстро добавил отец.
Настроение родителей, и без того радостное, поднялось ещё выше после того, как они добились своего. Я молча ела ужин, обдумывая внезапную помолвку своей сестры. Из разговора, который мы подслушали между родителями, и шёпота служанок в коридорах я уже поняла, что у нас серьёзные финансовые трудности. Денег почти не осталось, а без них мы ничего не сможем себе позволить. Это была большая проблема.
Позже той ночью я услышала мягкие стуки в дверь моей спальни. Я уже лежала в постели и начинала засыпать.
— Эмилия… — услышала я голос сестры.
Мои глаза мгновенно распахнулись. Быстро выскочив из постели, я направилась к двери. Для Эбигейл не было необычным приходить ко мне в комнату, но в этот раз всё чувствовалось иначе.
— Эбби… — пробормотала я её имя, открывая дверь.
Она стояла передо мной в своих любимых пижамах с розовыми цветами. Хотя время было далеко за нашим обычным временем сна, она выглядела совершенно бодрой. Я посторонилась, пропуская её в комнату, и закрыла дверь за нами. К моему удивлению, Эбигейл повернулась и заперла дверь на замок.
— Что случилось? — спросила я, потирая глаза рукой.
— Завтра… — начала она, но тут же отвела глаза и замолчала.
— Что завтра? — спросила я.
— Ты можешь занять моё место завтра? — вдруг спросила она, глядя на меня умоляющим взглядом.