61.
Я был почти уверен, что никогда в жизни не смотрел документальных фильмов о голодании и его разрушительном воздействии на человеческое тело. Конечно, благодаря множеству пройденных мною тренировок, я знал, как это работает, и что именно происходит на каждом из этапов. Но это не объясняло, почему в моей голове звучал голос, похожий на закадровый комментарий, монотонно описывающий все последствия голода.
Моё расстроенное сознание будто решило провести приватный диалог с самим собой. Я ясно слышал, как мой собственный голос задавал вопросы и тут же на них отвечал.
— А если она умрет?
— Она не умрет.
— А если она заболеет?
— Черт... — выругался я шепотом, резко распахнув глаза.
К тому моменту я окончательно потерял терпение. Мысль о сне покинула меня, словно никогда и не существовала. В голову закралась мысль, что я начинаю сходить с ума, но она не пугала меня. Единственное, о чем я сожалел, так это о том, что не выпил достаточно, чтобы отключиться до утра.
Мне казалось, прошла вечность с тех пор, как я последний раз стоял перед этой дверью, хотя на самом деле времени прошло не так уж много. Я молча смотрел на дверь, несколько раз моргнув, чтобы убедиться, что всё это происходит наяву. Разумеется, я не обладал способностью телепортации, а значит, мои собственные ноги привели меня сюда.
Эмилия за этой дверью…
Сложный коктейль эмоций бушевал в моей груди, сталкиваясь и смешиваясь в едва переносимый хаос. Я поднял кулак, чтобы постучать, но рука так и не двинулась.
— Что я делаю? — прошептал я себе под нос и опустил руку.
Пальцы безвольно повисли у бедра. Я продолжал смотреть на дверь, словно она вот-вот откроется сама по себе. Конечно, никакого чуда не случилось. Я пытался убедить себя, что мне незачем её видеть. Всё, чего она хотела, я не был готов ей дать. Встреча закончилась бы только новым спором, новыми вопросами, на которые я не мог и не хотел отвечать. Сделав этот вывод, я молча развернулся и направился обратно в свою комнату, машинально проводя рукой по взъерошенным волосам.
Моё решение вернуться в спальню, ничего не сделав, будет преследовать меня всю ночь и весь следующий день. Оставлять дела незавершёнными — не в моём характере, и я должен был знать это лучше. Решившись избавиться от неприятного чувства, засевшего где-то в глубине сознания, я направился к комнате Эмилии.
Стиснув волю в кулак, чтобы не повернуть назад, я поднял руку и мягко постучал в дверь. Некоторое время я стоял и прислушивался. Тишина. Эмилия никак не отреагировала. Я постучал сильнее, хотя знал, что она просто не могла не услышать первый стук.
Мысль о том, что её могло не быть в комнате, мелькнула в голове. Но это было невозможно. Ей больше некуда было идти. Я не мог представить, чтобы она вдруг передумала и решила покинуть своё убежище. Она ведь ещё не достигла своей цели — вернуть себе свободу. Я постучал ещё громче, но ответом мне была всё та же тишина.
Мой взгляд упал на поднос с едой, стоящий на полу у двери. Внезапно я почувствовал слабое облегчение, осознав, что еда хотя бы частично съедена.
По крайней мере, она что-то ест…
— Эбигейл! — позвал я, стуча уже кулаком.
Ответа не последовало. Меня беспокоило не столько её молчание, сколько отсутствие любых звуков или движений за дверью. Подавив проклятие, я начал стучать ещё громче.
— Эмилия! Эмилия! — выкрикнул я её настоящее имя так громко, что опасался, что весь дом мог это услышать.
Эта наверняка доставит мне проблемы… Позже разберусь с этим, если придётся…
Я взялся за ручку двери и попытался её повернуть. Конечно, замок был заперт, как я и ожидал. Но что-то в глубине меня кричало, что здесь творится нечто неладное. Моё чутьё никогда не подводило, и я почувствовал, как злость начинает подниматься из глубины души. Я колебался — достать ключ или просто вышибить дверь. Однако ситуацию спасла появившаяся из ниоткуда Лорен.