Выбрать главу

Доберман продолжал смотреть на меня, оскалив зубы. Он не нападал, но и не отступал. Я проклинала Джереми за то, что он завёл такую страшную собаку, и свою судьбу за то, что я столкнулась с ней.

Внезапно пёс залаял, разорвав ночную тишину. У меня перехватило дыхание, и я судорожно огляделась.

— Тссс… Тише… — зашипела я, прижимая палец к губам.

Я понимала, что ситуация становилась хуже с каждой секундой. Лай мог привлечь внимание кого угодно, испортив мой план побега. Но больше всего меня пугала угроза быть растерзанной.

Собака сделала несколько шагов ко мне, и я инстинктивно отступила, не отводя от неё взгляда. Однако что-то странное произошло: мои ноги вдруг зацепились за что-то невидимое.

— А-а-а! — вскрикнула я от неожиданности, чувствуя, как что-то обвилось вокруг моих ног.

Я потеряла равновесие и начала падать вперёд.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

64.

С громким криком я зажмурилась, ожидая удара о землю, но удара так и не последовало. Вместо этого я почувствовала, как мои ноги внезапно поднялись вверх, и мир перевернулся с ног на голову. Когда я открыла глаза, моё тело висело вниз головой. Шок сменился паникой, и я снова закричала, на этот раз громче.

— Убирайся от меня! — закричала я, глядя на приближающуюся собаку.

Я никогда в жизни не могла бы представить, что окажусь в такой нелепой и страшной ситуации. Вместо того чтобы убежать, я попала в ловушку и теперь висела вниз головой, беспомощно болтая руками. Доберман стоял внизу и продолжал сверлить меня взглядом, словно обдумывая, не перекусить ли мне шею.

Почему в его саду вообще есть такие ловушки?

Собака начала лаять ещё громче, её злоба только усилилась. Я была абсолютно беспомощна: не могла двигаться, не могла освободиться. Единственное, что оставалось, — это кричать и надеяться, что кто-то услышит.

— Помогите! Пожалуйста, кто-нибудь, помогите! — закричала я, изо всех сил стараясь перекрыть лай собаки.

Кровь приливала к голове, лицо пылало от напряжения. Вместо того чтобы желать, чтобы собака заткнулась, я хотела, чтобы она продолжала лаять — возможно, её шум привлечёт внимание.

— Вот так, хороший мальчик! Лай громче! Пусть все знают, что мы здесь! — воскликнула я, прежде чем снова начать кричать о помощи.

Где же вся охрана? Разве не должно быть дюжины людей, которые патрулируют территорию? Когда мне действительно нужна была помощь, их почему-то не оказалось рядом.

Пока я болталась вверх ногами, мне показалось, что собака больше не собиралась нападать.

— Почему я начинаю считать эту собаку своим другом? — пробормотала я, прежде чем сделать глубокий вдох.

Не могу поверить, что я это делаю…

— Джереми!!! Ты где?! — закричала я изо всех сил.

Наверняка его ещё нет дома…

Было слишком рано, чтобы он вернулся. Я представляла, как могу умереть здесь от потери сознания, так и не дождавшись помощи.

— Помогите мне! Джереми! — крикнула я снова, голос становился всё слабее.

Шея начала болеть от того, что я напрягала её, чтобы удерживать голову. Я начала тихо проклинать его, виня в том, что со мной произошло. Конечно, я сама выбрала побег, но чья идея была установить эти глупые ловушки?

— Клянусь, я убью тебя… — пробормотала я, с трудом дыша.

Мои крики постепенно затихли, а в ночи продолжал раздаваться лишь лай добермана. В глазах защипало от слёз, но я отчаянно старалась не расплакаться.

— Думаю, ты действительно скучала.

Этот холодный, чуть насмешливый голос заставил меня мгновенно открыть глаза. Он был слишком знаком, чтобы ошибиться. В темноте я заметила его кожаные туфли, а потом подняла взгляд на его лицо. Лунный свет создавал мистические тени, выделяя лишь части его лица и золотистые блики на волосах. Он выглядел как призрачный принц, но мне было не до восхищений.

— О, ты наконец-то здесь. Помоги мне спуститься… пожалуйста, — выдохнула я с облегчением.

— Почему ты здесь? — спросил он, даже не сделав попытки мне помочь.

— Можем отложить вопросы? Я сейчас в обморок упаду… — ответила я, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.

У меня мелькнула мысль, что, возможно, он вообще не собирался мне помогать. Ему явно доставляло удовольствие видеть меня в таком унизительном положении.