Стук в дверь заставляет нас замереть, и я по привычке нащупываю оружие, которое дал мне отец в день побега. Сказал, что воспользоваться им можно будет лишь раз, но этот раз должен будет спасти мне жизнь.
Тихонько подхожу к двери и вижу на экране домофона лицо хозяйки квартиры.
Демоны галактики! Ну могла она прийти вечером?! Я совершенно забыла, что сегодня день оплаты.
Собираю свитер пузырем на животе, чтобы прикрыл торчащее из-за пояса оружие, и отпираю щеколду.
— Здравствуйте, гопожа Арашка! — пускаю внутрь сварливую бабенку, тяжелым взглядом осматривающую свою квартиру. Такое ощущение, что каждый раз, заявляясь ко мне, она ожидает увидеть здесь веселую толпу развратных людишек.
— Деньги приготовила? — проводит пальцем, проверяя наличие пыли на кромке зеркала, и грустнеет. Не нашла.
— Дело в том...— пытаюсь начать я, но злобный хрип явно дает понять, что никаких оправданий хозяйка выслушивать не собирается. — У меня нет наличных. Могу перевести на счет.
Демонстрирую кольцо, которое мне выдала Астрия, но та возмущенно отбивает мою руку. Конечно! Квартира сдается нелегально, а о поступлении средств узнает правительство.
— Деньги давай! — подходит так близко, что я чувствую запах лекарств, которые старуха принимала перед выходом из дома. — Или побрякушку, — оттягивает ворот моего свитера и цепляет пальцем цепь, на которой висит кулон с муаром – семейной драгоценностью, которую носили все члены моего рода и не расставались с ней никогда и ни при каких обстоятельствах.
Вдох-выдох, Силия. Дыши. Все хорошо!
Я могла бы одним ударом вырубить эту старую суку, но знаю, что за дверью ее ждут трое сыновей. С ними справиться будет сложнее, а тратить единственный выстрел на этих слизней было бы глупостью.
Опускаю глаза на камень, и разочарованно вздыхаю.
— Эта безделушка не стоит вашего внимания, госпожа. У меня есть кое-что интереснее...
Убираю крючковатый палец, оттягивающий цепь, и тянусь за коробочкой конфет, которые планировала забрать с собой.
— Маниярские сладости...— вздыхает она и смотрит на конфеты так, будто сам Создатель спустился с небес.
— Это вам. Берите, — отдаю коробку, и через секунду от старухи остается лишь горький запах лечебной настойки.
— Фу-у-ух, — с облегчением выдыхаю я, и прикладываю ладонь к груди, где висит черный камень в золотой оправе. Муар отвечает приятной вибрацией, благодаря которой я чувствую себя живой. Он единственное, что у меня осталось от семьи.
— Мам, нам пора! — напоминает Тая, выкатывая чемодан в прихожую.
— Идем, радость моя! — набрасываю серый балахон и беру дочь за руку, — мы и так слишком задержались на этой планете!