Но зачем они вломились в мой номер? Допустим, они сопровождали шаттл, следующий на их планету, но это не давало им право взламывать замок! А сделали они это, между прочим, дважды. Сегодня в раздевалку дракон вошел тоже без приглашения. Еще и целоваться полез! И где их жены, в конце концов? Блестят же они не просто так, значит жены есть. Вот она хваленая верность манурцев, встретивших свою шера-йю! Кобели они и на другом конце вселенной кобели.
Паркуемся на крыше высотного здания, и я узнаю вывеску, сияющую огнями. Она хорошо видна из моих окон по вечерам. «Малияна» — знаменитый ресторан, попасть в который желает каждая искательница счастья. Здесь обедают самые важные персоны Ману-ра, и не всегда есть свободные места. Это еще больше запутывает меня. Ну разве наемники водят своих жертв по ресторанам?
Игнорирую подаваемую мне руку и, вцепившись в рюкзак, иду по узкому стеклянному мосту, соединяющему паркинг с открытой верандой заведения. Отсюда открывается вид еще более шикарный, чем из окон моей квартиры, но смотреть вниз слишком волнительно. Мне всегда казалось, что я не боюсь высоты, но, оказывается, это не относится к прозрачным конструкциям, парящим над облаками.Благо мост короткий, и я, его преодолеваю очень быстро.
Перед входом нас встречает учтивый метрдотель, заставляя пережить давно забытое чувство собственной значимости. Так уважительно ко мне обращались только на моей планете. До восстания. Но очень скоро понимаю, что причиной его любезности являются те двое, что стоят по бокам от меня. Абсолютно каждый манурец, находящийся здесь, приветствует их, поднимаясь с места и складывая пальцы в знак, напоминающий солнце. И все они с обнаженными торсами в портупеях.
У них тут соревнование, у кого мышц больше? Что за мода ходить полуголым? Хотя бы в ресторан оделись прилично!
— Аджай, Нур! — сбоку слышится незнакомый голос, и наша троица останавливается.
— Омрад! — отвечают в голос мои мучители и по очереди принимаются обнимать манурца. Невольно отмечаю, как бугрятся их мышцы, и веревки, украшающие их тело, натягиваются так, что вот-вот лопнут.
— Неужели миссия окончена? Я уж думал, будете до скончания веков служить императору!
В этот момент будто оплеуху получаю. Императору?
Сглатываю и навостряю уши.
— У нас были особые обстоятельства, чтобы закончить службу преждевременно! — улыбается дракон и отходит в сторону, чтобы показать меня. Это я что ли обстоятельство?
— Рэя, — склоняет голову мужчина, но разглядывать меня не спешит, — примите мои поздравления, друзья. Теперь вам предстоит более важная задача.
Этот манурец как-то странно улыбается, будто с намеком, который понимают только мужчины.
— И сложная, — вздыхает медведь, поглядывая на меня.
— Солнца не только тепло дают друг другу. Иногда и обжигают! — с видом умудренного опытом знатока вещает тот, — главное в этом деле...
— Не получить солнечный удар! — не выдерживаю я и отвожу глаза от надоедливого манурца, несущего какую-то чушь.
Нетерпеливо мнусь с ноги на ногу. Мне хочется скорее прояснить происходящее между нами, а они никак не наговорятся.
— Друзья, ваш путь действительно будет тернистым, — у меня возникает ощущение, что он посмеивается надо мной, — и все же жду приглашения на Праздник Солнц.
— Непременно!
Манурцы прощаются, и мы, наконец, подходим к столику. Дракон стоит ближе ко мне и, отодвинув кресло, предлагает сесть. Ей-богу, если бы мои ноги не тряслись после убойной тренировки, я бы проигнорировала его, но сейчас падаю на мягкую подушку и едва сдерживаю стон. Мышцы еще неделю болеть будут. Изверги!
Захлопываю предложенное меню и с вызовом смотрю на манурцев. Я хочу говорить, а не есть!
Те не обращают на мои нервы абсолютно никакого внимания и делают бесконечно длинный заказ сами.
Устаю подкатывать глаза, возмущаясь их самонадеянностью, и занимаюсь тем, что рассматриваю посетителей. В основном это компании мужчин или семьи. Присматриваюсь к девушкам и не нахожу в них ничего особенного. Ни одна из них не подходит ни под какие известные мне стандарты красоты, но то, с какой любовью на них смотрят мужья, ставит под сомнение нужность такого понятия. Женщины расслаблены, не суетливы, они позволяют за собой ухаживать и с достоинством, но без высокомерия, отвечают на попытки мужчин ублажить свою единственную. Занятное зрелище. Никогда не думала, что такой тип отношений вообще возможен.
Чувствую на себе взгляд и подбираюсь. Я здесь не для того, чтобы пялиться на других людей.
— Знакомство наше не задалось, поэтому предлагаю попробовать еще раз. Аджай, адмирал императорского войска Ману-ра в отставке. Главный инженер-разработчик пилотируемой военной техники манурской академии императорских войск. Агент внешней разведки.
А вот с этого надо было начинать... Агент все-таки.
— Нур. Адмирал, агент, основатель школы суанского боя, художник. А он, кстати, пишет потрясающую музыку.
Смотрю на громадные руки обоих и не понимаю, как они умудряются держать в руках тонкую кисть или порхать по струнам. Разве такое возможно? Остальное меня ничуть не впечатляет. И так было ясно, что ребята не последние люди в этом царстве полуголых мужчин.
— Расскажешь о себе? — непринужденно улыбается Нур-медведь.
— Странно слышать этот вопрос от агентов, — пожимаю плечами и разочарованно вздыхаю. Почему-то страх пропал, и хочется выбесить этих двоих.
— Странно, что ты до сих пор не в тюрьме, рэя Сирена. Нападение на лиц высшего круга Ману-ра преследуется по закону, — копирует меня Аджай.
Ну точно дракон! Драконище!
Наклоняюсь над столом, приближаясь к нему и шепчу.
— А незаконное проникновение в чужой номер? Нет?
Он повторяет мое движение, а я застываю, когда вижу его пальцы, смыкающиеся на моих запястьях, будто наручники.
— Мы были на задании и вправе совершать любые действия, которые посчитали бы необходимыми. Хор находится под юрисдикцией Ману-ра.
— Тогда прошу прощения, — во рту пересохло, но я все же выдавливаю из себя подобие улыбки, — вы меня очень сильно напугали. А я в стрессе немного не в себе.
— Расскажешь, откуда у тебя пушка? — мы продолжаем изображать добрую беседу, но между нами искрит, причем буквально. Сияние с драконьей кожи перебирается на меня, и теперь уже мои руки блестят как чешуя. Завораживает и пугает одновременно, но я стараюсь держаться молодцом.
— Купила у хозяйки квартиры, которую снимала. Нелегально.
Вспоминаю мерзкую рожу Арашки и думаю о том, как эти двое завалятся в ее квартиру с обыском. Жаль, я этого не увижу.
— Почему нелегально?
— Потому что женщины, не имеющие мужа, но имеющие ребенка, на Мараше считаются падшими и не могут пользоваться привилегиями обычных людей, — мне труднее говорить с каждой секундой. Я понимаю, что они не верят мне, но виду не показывают. И это они еще меня не допрашивают. Так, балуются.
— Ваши напитки!
Облегченно выдыхаю, видя подошедшего официанта, и освобождаюсь из захвата. Он оказывается, был не сильным, и я могла сделать это раньше, но почему-то не стала. Потираю запястья, наблюдая за тем, как сияние исчезает, и, кажется, понимаю, почему сиял ковер в моем номере.
— От всей команды «Малияны» мы поздравляем вас с обретением и желаем легкой дороги по Тропе Любви.
Перед нами оказывается огромный, литров на пять, бокал с игристой жидкостью лилового цвета на дне, а остальную часть занимает пена. Три стеклянных витиеватых соломинки торчат в разные стороны. Хмуро смотрю на бурлящую жидкость и замечаю, как на стенках бокала проявляются прожилки, имитирующие блеск на коже Нура и Аджая.
— Что происходит? О каком обретении говорит этот человек? — чую подвох и отклоняюсь назад, но с двух сторон меня мягко подталкивают к бокалу.
Взорвавшиеся аплодисменты сбивают меня с мысли, что я не стану пить с агентами, и трубочка оказывается между моих губ, и по языку растекается прохладный нектар. Блаженно прикрываю глаза и делаю несколько полных глотков, желая напиться, но не могу. Мне хочется больше и больше, помутнение разума какое-то!
— Сирена, не стоит пить так много!
— Сирена, достаточно! Эльфир может подействовать неожиданно.
Вцепляюсь в ножку бокала пальцами и жадно глотаю, понимая, что у меня вот-вот отнимут эту прелесть, что и происходит.
Хочется возмутиться, но звук входящего сообщения отвлекает. Уверенная, что это Тая, я тут же активирую экран, но перед глазами плывет имя куратора.
«Поздравляю, Сирена! Ваши солнца нашли друг друга! Надеюсь, ты будешь счастлива носить звание шера-йи героев Ману-ра. Звезды благоволят!»
Пытаюсь сосредоточить взгляд, чтобы прочесть еще раз и вникнуть в суть написанного, но разум отказывается понимать.
— Что там написано? — путаясь в буквах мычу я.
— То, что ты наша шера-йя.
— Нет! — пытаюсь закричать, но выходит жалкое «мяу».
— Да, малыш, — чувствую, как мою обмякшую тушку поднимают на руки, — теперь тебе от нас не сбежать.