В первый же день Вильгельм, отпив немного терпкого и неприятного на вкус чая из деревянной чашки, принесенной тем же седовласым стариком, заснул крепким сном без сновидений. Он проспал почти весь день. А когда проснулся, обнаружил около себя другого местного служителя, более молодого. Так же как и другие жители Храма, он был одет в длинную одежду, похожую на платье, сшитую из грубой серой ткани. Его длинные волосы свисали ниже плеч, но не седые, как у предыдущего старца, а абсолютно черные. Служитель также имел длинную черную бороду. В руках он держал деревянную плашку, от которой исходил ароматный запах.
«Опять чаем поить будет», — подумал ученый. Но он ошибся. Служитель расстегнул рубаху профессора, освободив плечо и жестом показав ему, что нужно повернуться на бок, стал смазывать рану содержимым плашки. Он втирал мазь умелыми движениями, от чего боль начинала понемногу отступать, тем самым доставляя профессору облегчение.
Через пару дней ученый почувствовал себя уже лучше, боль под лопаткой заметно убавилась. Слабость тоже начала проходить.
На третий день к нему в комнату вошёл Таулак и позвал за собой. Они прошли в главный зал Храма. Высокие стены уходили вверх и заканчивались сводчатым куполообразным потолком. На стенах между больших окон, через которые зал освещался ярким солнечным светом, Вильгельм разглядел изображения седых бородатых старцев в белых свисающих одеждах. В центре зала по кругу сидело семь членов Совета жрецов. Все они были одинаковыми как на подбор: с длинными седыми волосами и такими же длиннющими бородами. Поверх их серых платьев были накинуты шкуры зверей. Вильгельма подвели к жрецам.
— Досточтимый Вильгельм, — обратился к нему один из присутствующих. — Таулак рассказал нам, что ты храбрый воин и у тебя доброе сердце. Ты встал на защиту нашей деревни. Но враг, пришедший захватить земли лоугеттов, оказался сильнее тебя. Нам всем грозит серьезная опасность. Если мы дадим тебе то, что сможет в несколько раз увеличить твое могущество, согласишься ли ты защитить наш народ и прогнать захватчиков?
При этих словах у Игоря Борисовича застучало в висках. Вот он тот момент, о котором ему приходилось слышать ранее в легендах. Дрожащим от волнения голосом он чуть слышно выговорил: «Да».
— Да, — повторил он уже громче и увереннее.
Говоривший до этого жрец продолжил:
— Ты должен поклясться, что никогда не применишь оружие, которое мы тебе дадим, во вред нашему народу.
— Клянусь! — ответил ученый.
— И еще поклянись, что после того, как прогонишь врагов, вернешь это оружие обратно.
— Клянусь, — сделав над собой усилие, произнес Игорь Борисович. «Вот она клятва, которую должен был дать Вильгельм, — подумал ученый. — Почему должен был? Дал ведь? Легенда же существует. Значит дал. И потом нарушил. Но Вильгельма настоящего нет. Есть только я. Неужели и легенда будет про меня?» Мысли ученого начали путаться.
Тем временем жрец три раза громко хлопнул в ладоши. Открылась дальняя дверь, и оттуда вышли двое молодых служителя, неся продолговатый ящик длиной чуть больше метра. Они поставили ящик посредине круга. Говоривший до этого жрец подошел к ящику и открыл его крышку. Блеснул металл. Жрец взял двумя руками и осторожно поднес к стоявшему рядом Вильгельму меч. Тот самый, который ученый видел когда-то в руках у Юмма. Сердце снова с удвоенной частотой заколотилось в груди профессора.
— Вот. Этот меч обладает небывалой силой. Но сила эта подвластна заклинаниям.
Таулак тоже подошёл к Вильгельму, держа в руках книгу. Взглянув на нее, ученый вспомнил, что такую книгу уже видел в библиотеке замка, тогда, при первом посещении.
— В этой книге — заклинания для управления мечом, — произнес Таулак. — Ее, как и меч, передали нам Отцы Вселенной. Книгу так просто не прочитаешь. Она написана на неизвестном языке. Чтобы ты смог читать ее, тебе придется пройти обучение в нашем Храме. Знания эти секретны. Но Отцы Вселенной разрешили передать их тебе.
Когда Игорь Борисович остался один в своей комнате, он осторожно открыл книгу. Все страницы испещрены незнакомыми ему значками. Но ученого поразило другое. Текст оказался напечатан, а не написан от руки. Лоугетты не могли этого сделать. Они не обладали технологией книгопечатания. Не похоже это и на печатные тексты средневековья. Даже не похоже на привычную офсетную печать двадцатого века. Значки были напечатаны не оттиском, а каким-то другим способом, что делало страницу абсолютно гладкой.