– Успокойтесь, она просто пошутила. – Я встал, собираясь расспросить Миранду, но замечание сестры меня остановило.
– Я думаю, она сказала то, что хотела, братик! Шутка, говоришь? – Ухмыляясь, Мира откинула со лба налипшие пряди. – В каждой шутке, есть только доля шутки, остальное – правда. Ты же сам всегда мне это повторял!
– Скажу так: день и ночь мы проведём в этом поселении, хотите вы этого или нет! – Алекса неуверенно посмотрела на меня, вздохнула, намереваясь что-то сказать, но передумала. Она махнула рукой и я продолжил: – Всем нужно отдохнуть, прийти в себя после случившегося. Побродите по деревне, здесь много чего интересного. Пока вы спали, я собрал достаточно информации, чтобы написать целую книгу об этих людях, об их быте. – Я волновался. С одной стороны здесь было действительно жутко, хотелось покинуть это место, но с другой... Мне казалось, что визит сюда не случаен, а имеет под собой нечто важное. – Ребята, я прошу у вас сутки. – По их лицам понял, что они не хотят находиться здесь ни одной лишней минуты, но почти все согласно кивнули. Только Мирослава взглянула на меня исподлобья, не поддерживая. – Я сейчас пойду к Миранде и выясню как нам отсюда выбраться.
Целительницу я обнаружил за углом одного из домов. Она вела беседу с высоким, дородным мужчиной. Подошёл чуть ближе и спрятался за крыльцо, чтобы парочка не заметила меня. Удалось подслушать их разговор.
– Нет, Аркадий! – Возмущалась чему-то женщина. – На данный момент дело первостепенной важности – это продлить заклятие, иначе мы все умрём. Сегодняшняя ночь особенная. На закате мы отправимся в лес, чтобы принести жертву.
– Хорошо, я понял тебя. – Смиренно согласился мужик.
– Тогда ты знаешь, что нужно делать.
Глава третья
☆☆☆☆☆
Языческая древность имела иные, совершенно отличные от нынешних, воззрения на усопшего: он был только переселенцем, здесь праздновалось это событие, сопровождалось веселием и пляской" – А. Котляревский (славист, этнограф, литературовед)
☆☆☆☆☆
–3–
Я часто читал об обычаях и устоях разных народностей, а также о жертвоприношениях, но никогда не присутствовал на подобных мероприятиях. Когда-то существовал культ, но скорее всего, традиция была давно прервана; то есть в какой-то момент не осталось живых носителей – волхвов, жрецов. А это значит, что никто точно не может сказать, как именно проводились обряды и таинства в давние времена. Всё, что сегодня можно увидеть, лишь реконструкция. Пускай это будет фикцией, но я бы хотел посетить её: может быть полезным для написания книги.
Сразу же пошёл в домик, который нам определили, и сообщил ребятам о предстоящей церемонии. Девочки не особо обрадовались такой перспективе, а вот Витязь проявил любопытство.
– Слово "жертвоприношение", по-моему разумению, не может не скрывать в себе что-то интересное. – Уголки его тонких губ насмешливо приподнялись, когда он заправил за уши непокорные чёрные волосы и вальяжно откинулся на спинку потёртого дивана. – Смерть не увлекательна, если она приходит в глубокой старости, во сне. – Как-бы дико не прозвучали слова друга, но многие народы, как раньше, так и сейчас, проводят умершего в мир иной с плясками и песнями...
– Не думайте, что я вообще ни черта не соображаю, – вклинилась Мира. Ну, естественно, куда мы без её своевременных замечаний! – Но у меня это ассоциируется с подношением Богам фруктов, зерна, разных плюшек...
– Славочка, – если бы он знал, как мою сестру бесит эта производная форма от документального имени, и как она злится, когда её так называют, он бы счёл нужным промолчать. Но Витязь даже не догадывался об этой детской неприязни, потому елейным голосом продолжил: – Жертвоприношение не дар, а убийство. В основном, домашних животных, реже птицы, с последующим съедением мяса. После косточки жертвенной зверюшки сжигаются, чтобы еда дошла до покровителя.
– То есть, по-твоему, жертва не является аналогом подарка? – Уточнила сестра, подаваясь ближе. Видимо, ей действительно казалась занимательной тема поклонения сверхъестественному. – Разве это не сакральный дар, рассчитанный на ответный презент: теплая погода, урожайный год, избавление от несчастий и прочая фигня? – Мирослава начинала распыляться сильнее. Она не любила оставаться в неведении и, когда не понимала что-то, развивала продолжительную дискуссию. – Неужели подобные действия не составляют основу взаимоотношений между людьми и потусторонними силами?