«Мэринос Адалиус», — мысленно произнесла она на древнечародейском языке, дыша ровно и глубоко. Сердцебиение выровнялось, тело стало совсем лёгким, словно прямо сейчас можно было бы взлететь.
Вязкий туман густо клубился над землёй, плотно обволакивая ноги, и расползался по всему лесу. Шарлотта сконцентрировалась на шелесте листвы и сипло втянула влажный воздух, остужая разум.
Кончики пальцев закололо, по венам потекла приятная прохлада, а грудь пронзил ледяной порыв ветра, пройдя насквозь через солнечное сплетение. Выбивая дух.
Шарлотта лишь успела задержать дыхание и распахнуть глаза, когда прямо перед ней Рэй полоснул чудовище кинжалом, и то с рыком отскочило назад. Рана, из которой потекла густая чёрная кровь, шипела — клинок не только порезал, но ещё и обжёг. Запахло жареной плотью, и Шарлотта поморщилась от отвращения и подступившей к горлу тошноты. Изумлённо наблюдала за происходящим, ни разу в своей жизни не видев, чтобы холодное оружие могло оставлять ожоги.
Монстр, довольно быстро придя в себя после удара, снова кинулся вперёд, уже точно зная, куда целиться. Рэй отбил очередную атаку, но пропустил следующую, и чудовище отбросило его в сторону, освободив себе путь к Шарлотте.
Она испуганно застыла на месте и, ощутив долгожданный прилив сил, придавший уверенности, взмахнула рукой в направлении монстра. Тот с треском влетел в соседнее дерево, мучительно провопив, и скатился по стволу на землю.
Шарлотта кинула мимолётный взгляд на поднявшегося с травы Рэйкора, и едва пришедшее облегчение сменилось острой болью. Нестерпимое давление за рёбрами и ощущение разгоревшегося пожара изнутри, затрагивающего все органы, заставило согнуться пополам. Жжение стремительно перекинулось к позвоночнику, охватив всю спину — от шеи до копчика.
«Чёрт, нет…»
Магия, что частично восполнилась, теперь практически полностью истощилась лишь от единичного использования телекинеза… Который не являлся врождённым навыком Шарлотты.
Протяжно простонав, она рухнула на колени и, сжавшись в комок, прижала ладони к груди, смяв рубашку пальцами. Уткнулась лбом во влажную траву не в силах терпеть.
— Чарли?! — оглянулся на неё Рэй и тут же вернулся глазами к монстру, не выпуская его из виду.
Но Шарлотта уже не слышала его: в ушах шумело, а боль безостановочно нарастала, заполняя каждую клеточку тела. Выжигала дотла.
— Какого хрена тут происходит?! — разнёсся по лесу низкий голос Дарии, и она, моментально сориентировавшись, громогласно затараторила: — Олунас Карвентос Боан! Олунас Карвентос Боан! Олунас…
Собрав последние остатки сил, Шарлотта подняла голову и опёрлась локтем о землю, наблюдая за происходящим. Заскребла ногтями по рыхлой почве в попытке найти облегчение, но оно не приходило. Природа больше не слышала её призывов, не желая помогать, не чувствовала боли своего ребёнка не только из-за того, что он был представителем тёмных, но и потому что мать давно отвернулась от детей, которые когда-то покусились на разрушение мира…
Монстр замер у дерева, впав в оцепенение. Рэй приблизился к нему вплотную и без промедления вогнал клинок прямо в центр лба, практически по самую рукоять. Чудовище захрипело, издав последний душераздирающий вопль, и, будто расплавившись, растеклось по земле. Превратилось в лужу из слизи, которая, сразу же испарившись, унеслась жёлтой дымкой в небо.
Окончательно ослабев и перестав бороться, Шарлотта завалилась набок, зажмурившись. Остатки магии выжигали её, пытаясь восполнить сами себя…
— Чарли! — Рэй подбежал к ней, упав рядом на колени, следом появилась и Дария. — Что с тобой?! Чарли! — в его взгляде отразился… страх?