К о м и с с а р ж е в с к а я. Сапоги не нужно. Он ведь не какой-нибудь барин на охоте. Он молодой писатель. Мучился, чего-то искал… И это его погубило, талант его погубил… Вы приходите после репетиции ко мне домой, и мы вместе пройдем сцены с Ниной.
Н и к. А вы точно — Чайка… И вы — моя!.. (Страстно обнимает ее, целует край одежды.)
К о м и с с а р ж е в с к а я. Постойте!.. Нас могут увидеть… Как это ужасно вздрагивать при малейшем шорохе…
Н и к. Мы одни, совсем одни…
К о м и с с а р ж е в с к а я. Это должно быть тайной. Никто не должен знать…
Н и к. Зачем скрывать?.. Любовь наша святая… Вы — святая!..
К о м и с с а р ж е в с к а я. К чему все эти сплетни, толки, разговоры!.. Это ужасно, всего бояться, но иначе нам нельзя… И вы рвите мои письма… Нет, лучше их сожгите… Я не хочу обнаженности…
Н и к. Вы стыдитесь нашей любви?
К о м и с с а р ж е в с к а я. Это не стыд, совсем другое… То… сокровенное, что принадлежит только нам… нам одним. Со мной вам будет нелегко… Вы скоро устанете…
Н и к. Нет, никогда!.. Вы — моя… на всю жизнь!
Долгий поцелуй.
К о м и с с а р ж е в с к а я. Как все странно!.. Мне казалось, что я никого не смогу полюбить… душа моя покрылась льдом… Теперь она оттаяла…
Н и к. Подарите мне что-нибудь на память… об этой ночи.
К о м и с с а р ж е в с к а я. А иначе забудете… как все мужчины…
Н и к. Я никогда не забуду… Клянусь вам!..
К о м и с с а р ж е в с к а я. Не надо клятв… Я грешница… И сама решилась… Вот вам на память. (Достает из сумочки брелок с золотой цепочкой.) Это от часов моего отца, самого близкого мне на земле.
Н и к. Эта цепочка свяжет нас навсегда. Теперь мне ничто не страшно.
К о м и с с а р ж е в с к а я. Вам будет трудно… трудно избежать соблазнов… С вашей внешностью, обаянием… Вам нужны поклонницы… цветы, успех!..
Н и к. Мне ничего не нужно, только быть с вами…
К о м и с с а р ж е в с к а я. Это вы сейчас говорите… (Пауза.) Уже совсем светло. Поднялся туман, мы как в реке в этом тумане.
Н и к. Река забвения…
К о м и с с а р ж е в с к а я. Помолчим немного. (После паузы.)
Н и к. Я без ума от вас… благодарю… Я на все готов для вас…
К о м и с с а р ж е в с к а я. Мне бы очень хотелось, чтобы вы сохранили надолго это ощущение прекрасного, оно так необходимо артисту, художнику… Чтобы встречи со мной, наши разговоры не прошли для вас бесследно…
Н и к. Разве это можно забыть?..
К о м и с с а р ж е в с к а я (поднимаясь). Дайте мне руку.
Н и к. Еще немного… побудем здесь.
К о м и с с а р ж е в с к а я. Пора уж…
Н и к. Мы пойдем вместе?
К о м и с с а р ж е в с к а я. Пойдем… туда, где огонек светится.
З а т е м н е н и е.
Когда снова свет, на сцене, в креслах, все другие действующие лица.
С а в и н а. Так гибнут маленькие дети, купаясь жаркою порой…
А к т е р. А может быть, это истинное, большое чувство… Натура она, конечно, очень увлекающаяся.
С а в и н а. Ничего хорошего, окромя дурного, из этого не получится.
Р е ж и с с е р. Такие женщины, как Вера Федоровна, сами все разбивают, чтобы снова быть свободными.
С а в и н а. А ему-то она зачем? Мало ли красивых баб помоложе?.. Видно, через нее рассчитывает сделать карьеру… «Социалист его величества».
Р е ж и с с е р. Метко вы его окрестили.
С а в и н а. А разве не так? Сегодня он выступает с концертом перед студентами, а на другой день декламирует под гитару в гостиной великого князя. Вот и получается слуга двух господ.
С н и с х о д и т е л ь н ы й. Они теперь вместе выступают перед студентами да курсистками. Комиссаржевской мало аплодисментов в императорском театре, ищет их в другом месте.
Р е ж и с с е р. Если дирекция дознается, их обоих оштрафуют.
С а в и н а. Вольному воля… Комиссаржевская сама наживает себе врагов… Ее пригласили участвовать в благотворительном вечере у министра внутренних дел Горемыкина, а она отказалась, сказалась больной. Да разве так поступают?
А к т е р. Она у нас вольная Чайка, никогда не искала милости властей предержащих… Для нее главное служить святому искусству… Только служить ему в нашем театре ей все труднее и труднее…