– Дедушка устал, – пояснил мальчик. – Но это ничего. Мы ведь здесь. Улыбнитесь.
Оксана не разделила его веселья, но поблагодарила приветливых людей за внимание к своей персоне. Дойдя до дверей, она спохватилась.
– А когда настаёт счастье? Обычно когда? – спросила клиентка, теребя листок. Вопрос её мучил, сжигал изнутри, и уйти, не получив на него ответ, было равносильно пытке.
– У всех по – разному, – ответила Анита, обернувшись. – Но каждый всегда его узнаёт, – её удивительного цвета глаза сверкнули.
Оксана ещё хотела что – то спросить, но передумала. Она спустилась по лестнице вниз, вышла на улицу и, посмотрев на небо, поспешила к метро. То, как на зло, закрылось. Троллейбуса, как и маршруток, что в обычные вечера шли одна за другой, так же не было. Прозрачное укрытие оставалось пустым и даже одинокие прохожие предпочитали поторопиться, а не простаивать зазря. “Может авария?” – подумала девушка волнуясь всё больше.
Между тем, туча, пришедшая со стороны реки, наступала. Казалось, фиолетовое наваждение вот – вот обрушит на улицы потоки холодного ливня и расплатится за все обиды.
Поглядев по сторонам, Оксана собралась с силами. Нужно было отправляться домой пешком.
Колючий ветер, закручивающий столбы песка и играючи обрушивая его на запоздалых путников, ворвался в сонный переулок. Мешанина из пыли, листьев, веток, цветов осыпавшейся сирени и конфетных обёрток рванулась в лицо.
От внезапной боли Оксана зажмурилась и, повернувшись к порыву спиной, достала платок, чтоб протереть глаза.
А фантасмагория продолжалась. Над театром, в самом эпицентре наступающей чернотой массы, беззвучно полыхала зарница.
Люди, с трепетом посматривая в высь, торопились в укрытия, защищаясь руками от шального урагана. Они сопротивлялись, наклоняясь вперёд, прибавляли в шаге, ловили ртом воздух и пугались, как дети, вдруг забывшие, что нужно делать в такой ситуации. Гром ударил неожиданно. Внезапно. Ему не предшествовали ни вспышки молний, ни обрушившийся на город поток воды. Он разверзся сам по себе и от того стало ещё неуютней. Оксана побежала. Следующий удар сопроводился близким хрустальным звоном.
– Случилось ведь, – ругала себя девушка. – Кто – то радуется празднику, пьёт вино, а кто – то, глупый, бродит ночью невесть где, наживая приключения.
Но, видимо, звезда Оксаны сегодня звалась не иначе, как Невезение, потому как за пятьдесят метров от дома, на её голову хлынул настоящий водопад. Да в таком количестве, что бежать дальше не было уже никакого смысла.
Слёзы обиды показались в тот самый момент, когда из обрызгавшего ее автомобиля выглянули две мужские головы и, не извинившись, исчезли в салоне.
– “Ну, спасибо, дедушка”, – мысленно поблагодарила Оксана Везуна, скрываясь в подъезде. Через несколько секунд она была дома.
Капли стекали на лицо. Холодная одежда прилипла к телу. Настроение было отвратительным. Сняв босоножки и прихватив большое банное полотенце, девушка немедля пошла в душ, где только согревшись, окончательно успокоилась.
Спустя полчаса, утомлённое тело расположилось в кресле. Взгляд, скользнув по экрану телевизора, остановился на неторопливом действе, что происходило в далёкой московской студии.
– Сама традиция этой церемонии, – вещал рассказчик, – родилась очень давно и насчитывает не один десяток столетий…
Гость кивал в знак согласия, не сводя глаз с появившейся в кимоно японки. Лицо её казалось безмятежным и несколько отрешённым.
– Совершенно с вами согласен, – проговорил ведущий, продолжая беседу. – Юная, можно сказать почти ребёнок, девушка далека от суеты.
– А она говорит по-русски? – поинтересовался приглашённый. Решив, что секундное замешательство ведущего не что иное, как ответ, гость высказал своё мнение о Стране Восходящего Солнца. – Многое можно почерпнуть у любителей риса, скажу честно. Но вот что меня удивляет. Когда я был в Японии, все люди, с которыми мне посчастливилось встретиться, были просто одержимы малыми формами. Это в некотором смысле понятно – территория – скажем, как есть – небольшая, всё больше острова и психология отсюда, – человек сделал паузу, – островная.
– Она не говорит, но понимает, – приглушённо, через улыбку, произнёс ведущий.
– Вот и я о том. У европейцев в отношении этой церемонии всякое воображение теряется.
Оксана прикрыла глаза.
Тем временем, молчаливая девушка из далёкого Киото совершала особый ритуал, ведущий о нём рассказывал, а гость делился впечатлениями о стране, которая оставила в его жизни неизгладимое впечатление, явившись наиболее светлой её страницей.