Начало
…
Я стояла посреди огромного поля. Трудно объяснить, что я тут делаю, и, главное, что мне делать дальше. Последнее, что чётко помню – шла с института, бац, к носу тряпку, и в машину. Когда очнулась, то поняла, что лежу на задних сидениях роскошного внедорожника, впереди хмуро переговариваются мужчины, а за окном лес и ночь. Инстинкт самосохранения подсказывал мне, Кася, молчи. Лежи и молчи. Вот я и молчала, только тихонько пускала слезы на дорогую обивку сидения и гадала, что со мной собираются сделать.
Из всех сотен теорий, которые я успела придумать за, предположительно, час езды, ни одна даже близко не напомнила в итоге правду. Изнасилование, убийство, грабеж… Нет. Истина оказалась ещё более шокирующей, хотя и лично для меня не такой опасной, как догадки. Чего нельзя было сказать о водителе и его, как я узнала, брате. Эта была последняя ночь в их жизни, но обо всём по порядку.
Дверь машины открылась, и меня аккуратно вытащили на руках из машины. Я притворялась трупом, хотя, по слезам, всё ещё катившимся по щекам, они явно понимали, что я блефую. Однако никто меня разоблачать не собирался. Вокруг стало шумно. Я пыталась посчитать количество мужских голосов вокруг – не смогла. Стало очень страшно, непроизвольно поджались ноги от плохого предчувствия.
- Да не дрожи ты. В отличие от всех нас, ты живая будешь…
Я распахнула глаза. Меня нёс молодой брюнет, с неестественно голубыми глазами. Они будто светились в темноте. Это пугало и завораживало одновременно. Он грустно взглянул на меня и, уже более грозно, посмотрел вперед. Задавать вопросов почему-то не хотелось. Именно сейчас на руках у этого парня я чувствовала себя в безопасности. Хотя я и понимала иллюзорность этого вывода, но так лучше, чем начать бессмысленную истерику. Я не сбегу. Оглянулась, чтобы оценить масштаб катастрофы, о чём вскоре пожалела. Раз, два, три… десять… пятнадцать… Больше 15 полуголых мужчин полукругом шли за нами. Я поняла, что невольно стала участницей какого-то ритуала, о своей роли в котором я и подозревать не могла. Решив, что хуже уже не станет, я по-детски расплакалась и уткнулась в грудь несущему меня мужчине. Чтобы там ни было, но смотреть на этот фильм ужасов вокруг я не хотела.
- Как тебя зовут? – тихо и твердо спросил брюнет.
- Кася, - его вопрос немного обескуражил и удивил меня. Я хлюпнула носом и ещё плотнее в него вжалась.
- Очень странное имя. Расскажи, почему тебя так назвали.
- Оно не странное! Просто маме присни… - и вот наконец меня прорвало на рыдания, когда я вспомнила о родителях. Наверное, я их больше не увижу. Хотелось полностью отдаться своей истерике, но парень не унимался. Он подкинул меня, отчего я на секунду задохнулась новым всхлипом, и строго приказал:
- Продолжай рассказывать.
Почему-то его жест меня рассмешил, и я, забыв о глупости всей этой ситуации, начала громко и заливисто хохотать. Он требовал от меня, чтобы я рассказывала ему о сне моей мамы, в момент, когда меня… А что меня?
- Скажи мне, а что со мной будет? – я в момент стала серьезной и взглянула ему в глаза. Брюнет нахмурился и тихо сказал:
- Ты не поймёшь, даже, если и скажу. Главное, не двигайся, и всё пройдёт хорошо. И запомни, доверяй своей интуиции. Всегда.
Я решила прислушаться к внутреннему голосу, но он молчал. Единственное, что я сейчас испытывала – это душащий страх и нежелание знать, что будет дальше. Хотелось вот так идти, и идти, и идти… Пульс начал замедляться, захотелось зевать, я устало и сонно оторвала взгляд от тела несущего меня парня и огляделась. Они умирали. Один за другим. Падали на землю, беззвучно кричали и сгорали. Но меня это не волновало. Я медленно повернула глаза к лицу брюнета. Его лицо исказила гримаса боли, глаза налились кровью. Пальцы рук больно впились мне в тело, но я не обращала на это внимания. Только внимательно разглядывала его лицо. Хотелось… поцеловать. Я медленно подтянулась к сжатым побелевшим губам и слегка коснулась своими. Моё тело моментально прошила невыносимая боль. Я истошно завопила и попыталась, наверное, спрыгнуть с рук, но парень не отпустил меня, только сильнее прижал к себе и закричал:
- Что ты творишь? Кася, ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА?
Дальше была только боль. Нескончаемая, прожигающая всё моё нутро. А потом темнота. Видимо я…
...
- Пишешь?
- Перестань со мной разговаривать, когда я занята, – хмуро ответила я своему теперь уже внутреннему голосу.