— Думаю, что даже в этом не будет нужды, вы ведь успели купить не только всю мою родню, но и целую Академию, — выплюнула с желчью. — Спасибо за гостеприимство, мисс Шиимса. А особенно за поддержку юных дарований в такие не простые времена, когда маги столь высоко ценятся, — отвесила ей картинный поклон и заметила, что она стыдливо отводит взгляд.
Келлан направился к выходу, прихрамывая на одну ногу, и я истерично рассмеялась. Он еще и хромой. Повезло же с муженьком.
Я зашагала за этим столетним артефактом и не удержалась от колкой реплики:
— Что с вами? Никак мертвяки покусали, когда из могил вылезали? Чем вы их кормите?
Некромант обернулся и небрежно бросил:
— Да вот женами и кормлю.
Я на миг дар речи потеряла, а он пошел дальше по коридору, но не в сторону основного выхода. На меня обрушилось странное чувство. Хотелось смеяться и плакать одновременно, но смех все же победил подсознательный страх перед неизвестностью. Я прикрыла рот ладонью, чтобы не расхохотаться в голос и отправилась за ним. Нагнала очень быстро уже у одной из массивных картин с изображением скачущих в ночи лошадей, что упиралась прямо в пол. Он остановился и здоровой рукой коснулся полотна. Картина отодвинулась, и Келлан жестом предложил мне войти. Я даже и не знала, что в Академии есть кабина, которая позволяет избежать утомительного подъема и спуска по лестнице. Обставленная с трех сторон скамейками она заперла нас с некромантом наедине в замкнутом пространстве, и я почувствовала себя неловко. Он дернул за рычаг, и я отвела от него взгляд, ощущая, как почти бесшумно и плавно движется кабина. Втянула носом запах, исходящий от мужчины, пытаясь понять, что он мне напоминает. Приятная смесь трав, в которой отчетливо уловила только мяту. Остальные же отдавали чем-то пряным, создавая необычный шлейф.
Наконец мы оказались в холле, и картина все с теми же лошадьми встала на свое место, как только мы вышли из кабины. Келлан Скай похромал к двери, а я за ним, окидывая его образ ненавистным взглядом. Когда мы подошли к карете, скелет-лакей учтиво и с поклоном открыл двери, впуская нас внутрь. Да. Таких шикарных и просторных карет я еще не видела. Мрачная бархатная отделка придавала ей величия. Драгоценные камни сверкали на обивке, а посреди мягких сидений с подушками стоял круглый пустой столик. Я присела напротив некроманта и тут же перестала восхищаться богатым убранством. По глазам видела, что гад явно доволен собой и своими несметными богатствами. Стало противно от мысли, что всего минуту назад я с интересом разглядывала карету. Моего расположения ему не купить, ни за какие драгоценности. Если мне все же суждено выйти замуж за напыщенного сноба, то свою короткую жизнь я потрачу на то, чтобы сделать его существование невыносимым. Начать решила незамедлительно, чтобы хорошо подумал, на что себя обрекает. Мама часто называла меня невыносимой и беспринципной язвой. Она права. С теми, кто поступал со мной несправедливо, я не церемонилась, стараясь уколоть как можно больнее и задеть за живое. Вот и проверим, есть ли у великого Келлана Ская слабое место.
— С женами все понятно, а дочери тоже на корм идут? Или ждешь, когда подрастут? — резко перешла на «ты», пренебрегая этикетом. Жестоко произносить подобное, но он не оставил мне выбора. Вдруг за время поездки поймет, что лучше найти другую кандидатуру?
— Нет. Дочерей люблю, и ты полюбишь, когда увидишь их милые мордашки. Им как раз не хватает общения с живыми людьми.
Непрошибаемый. Другой бы на его месте оскорбился и разозлился, а этот в ответ сразу перешел на «ты», да еще и детей мне своих навязывает.
— Становиться матерью четырех детей не собираюсь. Я вообще ненавижу детей. Вечно хнычут и крушат все вокруг. Так что держи их от меня подальше, — я скривилась так, будто воздух испортился, изображая полное пренебрежение.
— Как знаешь. Я уговаривать и заставлять не буду, — пожал он плечами и снова загнал меня в тупик.
Тогда я решила зайти с другой стороны.
— Зачем маска?
— Чтобы ты в обморок от моей красоты не упала, — рассмеялся он.
— О. Каких страшил я только не видела. Прокаженных нам показывали на втором курсе. Даже с таких снимать проклятие умею, — игриво подмигнула, чтобы его смутить. — Показывай, — махнула рукой. — Вдруг помогу.
А вот и не смутила ничуть. Он тут же положил руку с почерневшими пальцами на стол и постучал ими по дереву.
— Ты можешь потренироваться на этом, — подмигнул мне в ответ. — Знаешь, что это такое, Дарла Нокс, мечтающая стать огненной колдуньей?
Значит, уже осведомлен. Ну, Шиимса. Что б ей неладно было. Я смотрела на черную плоть и понятия не имела, какое заклинание может заставить кожу превратиться нечто подобное. А чем это лечить так и подавно.
Я промолчала и отвернулась, признавая поражение. Отодвинула шторку и уставилась в окошко, за которым показались окрестности поместья «Медовый берег». Похоже, будет не просто насолить женишку, но я обязательно что-нибудь придумаю. Время еще есть.
Вдруг почувствовала, как что-то шевельнулось рядом с коленом, и метнула на него взгляд. На мантии лежал цветок на длинной шипованной ножке, с раскрывшимся бутоном розы с синими лепестками. Никогда раньше таких не видела и была поражена этой мертвой красотой. Аккуратно взяла ее в руки и понюхала, но роза не источала аромат, так же, как и мертвый лакей, она абсолютно ничем не пахла. Я посмотрела на Келлана и кивнула, скупо проявляя благодарность.
Он кивнул в ответ, и карета остановилась напротив ворот поместья.
Глава 65d4aa3
Последний разговор
Черная карета жениха умчалась из поместья в тот же миг, когда я ступила на дорожку, ведущую к лестнице дома. Ворота захлопнулись за моей спиной, словно клетка. Я чувствовала себя свободной птицей, оказавшейся в неволе. Медленно шла навстречу родни, как на казнь, сжимая в руках розу, что до крови ранила шипами мои ладони. Боль не позволяла позорно расплакаться от отчаяния, отвлекая от эмоций, что бурлили внутри. Так я призывала злость, которая всегда помогала мне быть сильной. Сейчас я нуждалась в ней как никогда. Держать магию в узде при виде противной тетки оказалось нелегко.
Уфира не сделала ни шага вперед, стоя у основания лестницы и удерживая дочь за руку. Ее ликующее пухлое лицо вызывало отвращение, а надменный взгляд так и напрашивался съездить по чересчур довольной физиономии. Чтобы не сорваться, я посмотрела на Лорель, которая с искренней жалостью взирала на происходящее и предпринимала неловкие попытки вырваться из стального захвата матери. Я подмигнула ей и улыбнулась, давая понять, что ничуть не расстроилась такому исходу побега, хотя в душе билась в истерике от безвыходности положения. Келлан Скай загнал меня в угол, из которого я могла лишь слегка покусывать его за ногу, будто никчемный дикий волчонок, укротить которого не составит труда столь опытному магу, как он. Обидно и больно понимать, что в мире нет ни одного человека, способного мне помочь, но я уже привыкла к одиночеству.
— Нашлась пропажа, — рассмеялась тетка, когда я поравнялась с ней, наткнувшись на наглую ухмылочку. — Нагулялась, красавица? — спросила с издевкой и я заскрежетала зубами от злости. Вокруг суетились слуги, украшая двор к торжеству статуями и вазами с цветами. Из домика кухарки доносились ароматы пищи. Жизнь в поместье кипела. Все готовились к свадьбе, что стала костью в моем горле. — До чего же глупую дочь породила Рута. Бегать от Келлана Ская. Какой же недалекой надо быть, чтобы сотворить такое, — от ее противного смеха зазвенело в ушах. — Значит так, — ее лицо резко стало злым и уродливым. Она прищурилась, метая в меня молнии глазами. — Еще раз выкинешь что-то подобное…
— И что? — заулыбалась я ей в лицо. — И что вы мне сделаете? Мне нечего терять, дорогая тетушка. И если не желаете снова неожиданно принять душ, советую помалкивать.