— Вот, получила ты, змеюка, по заслугам за моего Ярославушку… — с удовлетворением шептала она, заглядывая в чашу с каким-то зельем, где лишь одна видела картину произошедшего. — Но это только начало…
Глава 14
Прошёл не один месяц, прежде чем Дарья Сергеевна стала приходить в себя. Вместо пугающего мертвенно-бледного цвета на её лице заиграл румянец, а глаза приобрели более осмысленное выражение. Вот только радости в них не прибавилось. Княгиня по-прежнему проводила много времени в своей опочивальне, лишь изредка выходя на прогулки.
— Дашенька, посмотри, какая погода отличная! — с преувеличенным оптимизмом восклицал Пётр Афанасьевич. — Давай выйдем на воздух… Я сейчас прикажу заложить карету…
При слове «карета» Дарья Сергеевна невольно вздрагивала и поворачивалась к стене.
— Бедная ты моя, всё не можешь забыть тот случай… — наконец, догадался он. — Прости, что напоминаю… Ну, тогда давай просто погуляем в нашем парке…
Иногда княгиня соглашалась, но как-то вяло, без энтузиазма, а чаще продолжала лежать и думать об одном и том же — почему она так несчастна, и почему Бог словно отвернулся от неё. Была вроде бы, как все — не хуже и не лучше других, и вот судьба ей, наконец, улыбнулась, но тут же отобрала свои дары. Долгожданного сына Дарья Сергеевна потеряла, к мужу интерес утратила, да и, вообще, вкус к жизни у неё пропал, а сил совсем не осталось…
— Дашенька, ты меня слышишь? — Пётр Афанасьевич не терял надежды достучаться до жены и вытащить её из этого странного состояния апатии.
Ведь раньше она была совсем другой — весёлой, энергичной, любознательной. Неужели теперь так и будет смотреть в одну точку?
— Душа моя, а, может, нам ребёночка родить? — однажды предложил он, настойчиво пытаясь возобновить супружеские отношения, до которых раньше Дарья Сергеевна была большой охотницей. — Уже много времени прошло, и доктор сказал, что можно…
Но княгиню эта сторона жизни больше не интересовала. То есть иногда она уступала мужу, но прежнего удовольствия не испытывала. И известие о своей новой беременности встретила весьма равнодушно.
— Дашенька, умница моя! — ликовал муж. — Этот малыш тебя возродит!
«Или окончательно добьёт… — мрачно констатировала про себя Дарья Сергеевна. — Как я его выношу? Как рожу? У меня постоянная слабость…»
— Теперь надо брать себя в руки и думать о будущем ребёнке, — безапелляционно заявил Пётр Афанасьевич.
У него появилась вполне конкретная цель, и он очень надеялся, что этот человечек принесёт в их семью долгожданную радость. Княгине, конечно, пришлось встряхнуться и следовать указаниям доктора, а заодно и собственного мужа, который не отпускал её ни на шаг. Но по мере того как в ней подрастал малыш, она всё больше теряла силы. Лицо опять приобрело землистый оттенок, глаза запали, она стала пугливой и слезливой. Вдобавок ко всему у Дарьи Сергеевны открылась болезнь лёгких. Приступы кашля стали повторяться всё чаще, и после них княгиня долго не могла отдышаться.
— Надо бы сменить климат, ехать к морю… — с тревогой говорил доктор, понимая, что женщина угасает. — Однако, боюсь, Дарья Сергеевна не выдержит этого путешествия…
— Но что же делать?! — в отчаянии воздевал руки к небу Пётр Афанасьевич.
— В связи с начавшейся болезнью беременность княгине сейчас некстати, — констатировал доктор. — Организму нужны силы для собственной борьбы, а плод их отнимает…
— Но вы же сами говорили, что Дарье Сергеевне уже можно и даже нужно родить! — восклицал князь.
— Да, тогда так и было… — отводил глаза доктор. — Но кто мог подумать, что организм отреагирует подобным образом… Ведь Дарья Сергеевна молода и на тот момент физически уже оправилась… Пути Господни неисповедимы…
— Вы, вообще, врач или священник, милейший? — возмущался несчастный муж и в отчаянии бегал по комнате. — Мне нужны не ваши проповеди, а эффективное лечение княгини!
— Я считаю, что в сложившихся обстоятельствах необходимо прервать беременность, — обиженно поджав губы, изрёк доктор.
— Но ведь срок уже очень большой… — удручённо проговорил Пётр Афанасьевич, хотя и сам понимал, что это единственный выход.
— Надо срочно вызвать у княгини роды… — вынес свой вердикт доктор. — Надеюсь, что с ребёнком будет всё в порядке, ведь срок, действительно, уже подходит к концу… Но сейчас необходимо в первую очередь думать о Дарье Сергеевне…
«Лучше бы вы раньше хорошенько пораскинули мозгами, прежде чем давать свои советы…» — пронеслась мысль в голове князя, а вслух он ничего не произнёс, так как понимал, что в упрёках задним числом нет никакого смысла. Главное — любой ценой спасти его любимую Дашеньку, остальное уже неважно.